Следите за мыслью? Вот она, третья проблема – как выбраться самому и вытащить находку? Можно, конечно, самому не нырять, оставшись в родном континууме ПВ в точке, по координатам τ и t соответствующей местоположению «утопленника». Но вновь возникает вопрос: а как добраться до пострадавших? У меня есть кое-какие наметки, связанные с третьей координатой Т, отвечающей за «глубину погружения». Ведь если оставаться на месте, не разгоняться, то можно попытаться всего лишь изменить значение Т, оставив две другие координаты постоянными. И тогда корабль – в теории – тоже «погрузится». Вопрос в том, как «всплыть»? Единственное, что приходит на ум – «погружать» нужно не самого «спасателя», а какой-то отдельный модуль, связанный с основным носителем. Короче, идея есть. А вот дальше тупик.
Итого, три нерешённые проблемы. Три. И любая из них критична.
А теперь вернёмся в текущий момент. Три слова – «зов», «подпространственная» и «связь». Ничего не напоминает? Вот она, аналогия – это же точь-в-точь описание принципа действия радара! «Спрут» испускает «зов», суть волну неизвестной природы, тот расходится во все «стороны», если это понятие в принципе применимо к подпространству, отражается от препятствий и возвращается на антенну. «Спрут», естественно, этот отражённый сигнал ловит в форме упомянутого Рин-тян «эха». Причём он способен воспринимать и понимать разные виды эха – это и «ответы» других кораблей гексаподов, и своеобразная «вибрация» от иных объектов! Да это же… чёрт! Это именно то, чего мне так не хватало! Практически готовое решение первой задачи, то есть поиска «затонувших» в подпространстве судов! Осталось лишь разработать алгоритм для определения координат в континууме ВП… но тут без длительных исследований не обойтись. Хотя чего я ною, ведь я именно этим и собирался заняться по прибытию на Картахену! Только не знал, с какой стороны к делу подступиться! Чёрт-чёрт-чёрт… придётся снова лезть в техническую документацию, более того – в даркнет. Чую, и у наших бравых военных есть подпространственная связь, вот только это фишка сугубо для служебного пользования. А не получится, значит, займусь технологией гексаподов. Но это именно что альтернатива, в их технике ещё разбираться и разбираться…
- Эй, чего застыл? – дёрнула меня за рукав Рин-тян. – Пойдём?
- Пошли, - смирился я с неизбежным.
Один фиг заняться больше нечем, так зачем упускать возможность познакомиться со специфической – и потенциально очень полезной! – техникой? Вот и я думаю, что незачем…
-//-
С Бобом Борисычем вообще смешно получилось. На третий день после переселения в персональную каюту, когда я более-менее освоился, особенно в компании девчат – Лизки и Рин-тян – взбрело мне в голову прогуляться. Поскольку непреложная истина о неприкосновенности жилища была вбита мне в голову с младых ногтей, то конкретно на жилой палубе делать было нечего – подумаешь, пустой шестиугольный зал! Двери-то все одинаковые. Вот я и перебрался на палубу техническую, расположение которой выяснил при помощи простейшего навигатора, загруженного в «нейр». То есть те же два лифта да пара коридоров с затейливыми поворотами, и я оказался в царстве… хотел сказать огня и металла, да язык не поворачивается. Скорее уж хлама и биологических отходов – и того, и другого повсюду высились самые настоящие горы. Как это всё крепилось, и крепилось ли вообще – тайна сие великая есть. Впрочем, при наличии стандартного гравитационного генератора, обеспечивавшего постоянство не только силы тяжести, но и «верха» с «низом» при любых, даже самых сумасшедших манёврах, проблема сохранности мусорных завалов в неприкосновенности попросту не возникала. Страшно подумать, каково приходилось старинным астронавтам в те легендарные времена, когда человек ещё не укротил гравитацию. Мы по истории космонавтики проходили – либо невесомость, либо центробежная сила, если была возможность придать жилому модулю вращение. Жесть, одним словом. Не то, что сейчас. Да что далеко за доказательствами ходить? Вот эта вот куча, которую я, несмотря на хваленое чувство пространства «станционщиков», едва не своротил, случайно зацепив бедром какую-то хреновину – наполовину из металла, а на оставшуюся часть из местного хитина – за оное прекрасно прокатит. Раньше бы это всё парило по помещению, по образу и подобию газов стараясь занять весь предоставленный объём, а сейчас смирнёхонько лежало этаким хлипким на вид, но прочным холмиком – вон, всего лишь пошаталось угрожающе, и всё. Повезло, что на голову ничего не рухнуло. Чёрт, валить отсюда, от греха, как говорится!..