Витюшу медики, повинуясь моему жесту, вниманием обделили, но тот уже и сам вполне пришёл в себя, воспользовавшись нечаянной паузой. Хотя нужно признать, нос я ему на сторону свернул, наверняка перелом — вон как осторожно юшку промокает дезинфицирующей салфеткой! И зыркает злобно, как сотня демонов. Обладал бы даром пирокинеза, и вовсе бы испепелил взглядом, причём всех, включая собственных соратников. Те, кстати, уже вовсю шумели, разбившись на группы по интересам, но я не прислушивался — рано пока, гвоздь сегодняшней программы ещё впереди. Вот после посмотрим, как вы запоёте!

Относительно спокойным оставался только Игорь Ряскин, но и его можно было понять — буквально между двух огней оказался парень. С одной стороны, и за своих людей в ответе, интересы блюсти нужно, с другой — как бы хуже не сделать, потому что фиг знает, чего от меня ожидать. Начнёшь более выгодные условия выторговывать, а я упрусь, и облом по всем фронтам. Подбадривать Ряскина ни словом, ни даже взглядом я не стал, причём намеренно — реакция такая реакция! Если самому не пригодится, потом с Антоном мнением поделюсь, всё польза получится. Уж мне ли не знать, что в любой новой структуре главная проблема — кадры?

Кстати, о кадрах…

— Слушайте все! — рявкнул я, когда стрёмных и пострадавших вывели из ангара, а эсбэшники выстроились позади меня ощетинившейся стволами шеренгой. — Разговор не окончен! Вы ведь понимаете, что я могу вас принудить… да к чему угодно принудить⁈

Ряскин, на которого я в основном и смотрел, контролируя остальных краем глаза, угрюмо кивнул, а гул толпы довольно быстро сошёл на нет. Просто потому, что все, как один, уставились на меня. Забавное, доложу вам, ощущение. И почти забытое, да. Прямо как на какой-нибудь конференции за трибуной докладчика. Или на совете клана.

— Вы, по сути, в моей полной власти! — продолжил я развивать мысль в звенящей тишине. — И вы, и ваши корабли, и ваши команды! Я могу вас заставить делать то, что нужно мне. Могу! Но… не хочу. Потому что ни мне, ни Антону не нужны рабы! Нам нужны соратники, которые идут за нами добровольно! Согласно своему внутреннему зову, а не по принуждению! Есть среди вас такие?

Реакция толпы полностью оправдала мои ожидания: очередной шепоток волной, но ни единого вышедшего вперёд, за исключением Ряскина и Витюши. Но они и так отдельно от остальных стояли.

— Так я и думал! — ухмыльнулся я. — Понимаю, в чём ваша проблема. Вы сейчас на перепутье. Возможно, многие умом понимают, что за нами с Антоном будущее, что с нами у вас появляются перспективы… умом, но не сердцем. Вы слишком долго пробыли в аристократической среде, и в вас слишком сильны стереотипы. Ну и нерешительность, куда же без нее. И это нормально! — повысил я голос, перекрикивая вновь возникший гул. — Самое страшное для человека — неизвестность! А вы сейчас подвешены в неопределенном состоянии, вам не на что… и не на кого опереться! Ваш лидер исчез, а новый… нового, по сути, нет! Не считать же за такового Виктора Черных⁈ Вы серьёзно⁈