На нас по очереди надели наручники и отвели в здание поста ГАИ. Спасибо, хоть обезьянника тут не было, просто рассадили по лавкам.

— Андрей, хочешь, я всех их убью? — склонилась ко мне дриада. Похоже, она не шутила.

— Не сто́ит, — улыбнулся я. — Это недоразумение, которое мы быстро решим.

Хотя, если честно, я был не очень уверен в своих словах. Возможно, что это дополнительный план тех, кто скинул нам на голову булыжники? Легко. Кстати, раз пошла такая пьянка, надо срочно объявлять в розыск машины семейства Кобровых. И автомобили жалко, и шанс найти настоящих угонщиков есть. Эти мысли я и высказал Надежде. Она тут же поднялась и подошла к пожилому лысому мужику, которого поставили нас охранять.

— Я хочу подать заявление об угоне, — очень серьёзно начала девушка, — двух автомобилей моей семьи. Последний раз их видели час назад на серпантине под Туапсе.

— Угонщики заявляют об угоне, — зло заржал служитель закона. — Анекдот настоящий!

— Вы официально отказываетесь принять заявление? — перебил я обидный смех. — Графиня, эту реакцию же можно принимать за отказ?

— Думаю, да, граф! — отозвалась Надя.

Бедный мужик, услышав титулы, моментально заткнулся.

— Ваше сиятельство, — расплылся он в улыбке, преданно глядя в глаза Кобровой. — Не извольте беспокоиться, мигом ваши машинки разыщем, так же, как и эти, — он запнулся. Ну да, некрасиво нам напоминать в его ситуации, что мы подозреваемые в угоне. — Вот бланк, ручка. Помочь с заполнением?

Когда девушка отказалась, служивый вытер обильно проступивший на лысине пот и замер, поедая её глазами.

В то время, пока Коброва заполняла бумаги, в комнату вошёл старший лейтенант Черепашкин. Гордо проследовав к столу, он обозрел нас, остановив взгляд на пишущей Наде. Потом, как мне кажется, наобум ткнул в Коляна.

— Пройдите для дачи показаний! — приказным тоном сказал он.

Суть рассказа парня свелась к «А потом ка-а-ак полетит, и бы-дыщ! Я думал, хана, а оно круто всё. Потом эти на тачках, а у девушек стёкла в волосах». В общем, полный сумбур, но искренний.

Вторым вызвали меня. Ну, я рассказал, как что происходило. По ходу моего повествования служивый хмурился всё сильнее. Ему явно не нравилось то, что он слышал. После чего лейтенант опросил обоих водителей, посмурнев окончательно.

Ну как же! Он был уверен, что поймал преступников с поличным, а тут такие показания. И никаких привычных «Мы покататься взяли» да «Я думал, это моя машина, на парковке у магазина перепутал». Плюс граф, графиня и её заявление. Мечты о премии таяли на глазах.

В это время Надежда закончила заполнять бумаги и с выражением какой-то мстительности на лице торжественно вручила старлею, отчего тот сдулся окончательно. Взяв заявление, он вышел из кабинета.