— Сергей, мне нужно с тобой поговорить, — игнорируя девушек, сказал я. — Потом расскажешь всей команде всё, что посчитаешь нужным.

— У меня нет секретов от команды! — гордо отреагировал мальчишка. — говори при всех.

— Нет, Правнук, — покачал я головой. — Это ты сам. А сначала поговорим лично.

После краткого размышления он согласился. И я рассказал ему обо всём, что произошло. Он глубоко задумался, а потом его взгляд затуманился. Похоже, связь с суперкомпом восстановилась. Судя по мимике, там происходил серьёзный торг. Но, наконец, в глазах появилась мысль, и он с уважением посмотрел на меня.

— Андрей, я признателен тебе! — сказал он. — Ты сделал больше, чем возможно. Мы договорились. И мы начинаем восстанавливать наш мир! Завтра же! Роботы уже чинят выход наверх. Вот только тонкое место нам недоступно, это непонятные нам технологии. Но ИИ обещал вернуть тебя домой, причём откуда угодно. Ты готов? Я понимаю, что это наша последняя встреча. Обнимешь на прощание? Всех нас…

Прощание вышло скомканным. Язва и, к моему удивлению, девушка Гнома, заплакали. А девушка с клыками обняла меня так жарко, что я начал заводиться, к своему удивлению. А спустя мгновение я стоял на невысокой горе внутри периметра защиты, недалеко от своего особняка. Путь отсюда по тоненькой тропинке я знал очень хорошо.

Краснодар, ул. Мира, д. 46, каб. 19

— Ну, здравствуй, Пал Палыч! — немного язвительно поприветствовал задержанного статный следователь. — Вот и настал час истины. Ты в безопасности, можешь смело говорить. Напомню, если ты пойдёшь на сотрудничество, мы можем даже применить к твоей ситуации защиту свидетелей. Сможешь начать жизнь сначала. Более того, мы даже можем вернуть тебе незаконные деньги. Не проворонь столь щедрое предложение!

— Я готов, — шёпотом сказал арестант. — Я всё расскажу! Всё, что знаю. Я просто хочу жить, это же нормально? Я не мог отказать. Они слишком много обо мне знали. Это вроде шантаж называется? Я правда не мог отказать. Если об этом кто узнает, мне в любом случае конец. Но это уже неважно. Из-за меня пострадал невиновный. К тому же, я ему симпатизировал.

Лохматый, бородатый и худенький мужчина замолчал, уставившись в какую-то точку на стене у ног следователя. Сам же следак его не торопил. Он был опытным, и знал, что в таких случаях торопить нельзя. Сломленного мужчину, сидящего напротив, преследовала единственная мысль «выжить!». И он уже готов был на всё. Утопить друзей, предать родных, даже наклеветать на невиновных, главное — выжить! Любой ценой.

— Меня нанял… вы понимаете, что как только я назову имя, я труп?