— Гена, меня так и будут перебивать? Тебе стоит поучить их манерам. Или лучше мне этим заняться? — вновь спросил я.

И мои слова не стали расходится с делом.

Мощь на шестьдесят процентов…

Территория Картара… Тотальный Диктат…

Слабая и еле видимая вспышкаэнергии , и всю четверку разом затрясло, глаза от давления наполнились паникой, а ноги их резко подкосились. Лишь императорская стерва успела ухватиться за подол тёмной мантии Гегемона, чтобы не шлёпнуться на колени, в то время как остальные уже были в коленопреклонном положении.

Но в одно из мгновений мойдиктат стал ослабевать, и в окружении Бессмертного вдруг резко уменьшился, и небольшую зону рядом с ним укрыла слабо-серебристая аура частиц Хаоса. И на дрожащих ногах те вновь приняли своё положение.

— Ты прав, мои слуги, слишком много на себя берут, я исправлю это! — улыбнулся он, со злорадным превосходством глядя в мою сторону. — Договаривай, Могильщик, у тебя есть еще несколько минут перед тем, как я возьмусь за дело и прекращу твои жалкие потуги и трепыхания тех отбросов снизу. Кстати, почему я не ощущаю местных небожителей? Они уже сдались? Или ждут, когда я закончу с тобой, и будут меня чествовать?

— О-хо-хо! Смотрю, жизнь, и прошлая наша встреча тебя ничему не научила, — вздохнул со слабой усмешкой я, меж делом переходя настрасть , и взгляд мой тотчас ужесточился и стал непроглядным. — Прекрати бахвалиться и поумерь своё чувство собственной важности, Гена! Сам люблю подобным маяться, но ни я, никто в этом мире тебе не раб. Заруби себе это на носу! Но в одном с тобой соглашусь, — голос мой резко смягчился. — Ты можешь уничтожить часть моей армии, не сомневаюсь, что ты в силах смести её подчистую, если хорошо постараешься и выложишься на полную. Ты даже можешь попытаться подмять этот мир под себя, но неужели ты считаешь, что меня так легко убить или я буду спокойно стоять в сторонке? Не огорчай меня, Гена.

— Я всё могу! Скоро придет время, когда Вселенная будет у моих ног! Твоё мироздание лишь одно из многих, а ты лишь очередная ступенька, — выплюнул слащаво и напыщенно он.

Воздух же и само пространство в это самое время в местах соприкосновенияэнергии и частиц Хаоса сгущался и сверкал бирюзово-серебристым снопом искр. И чем дольше мы говорили, тем неистовей и яростней противоборствовали две первородные силы.

— Не споткнись и не расшиби себе голову об эту ступеньку, Гена, — рассмеялся я, приоткрываяисточник . — Хорошо, допустим… допустим всего на секунду, ты начал уничтожать мою армию своими руками и начал захват моего мира. Но клянусь тебе жизнью, пока ты будешь убивать моих людей, твоё воинство будет страдать не меньше. Мы оба устроим весьма кровавое пиршество, к тому же в глубине души ты осознаешь и понимаешь, что ненамного, но я сильнее тебя и этого будет достаточно для меня. А после того, как я перережу солидную часть твоей армады, другая часть будет бежать в страхе только от упоминания моего имени, — моя слабая улыбка была уже похожа на оскал свирепого зверя. — И как ты думаешь, Гена, что я сделаю дальше? Считаешь, что мы сойдемся с тобой в грандиозной схватке, когда закончатся пешки? Ага, держи карман шире! Мне достаточно скрыться, и поверь, могу сделать это быстро. А после я направлюсь к вратам. Хм, и что же я сделаю дальше, Гена? Дай подумать! — я вдруг сделал хмурый и задумчивый вид, а гримаса Гегемона стала непроницаема, он тоже успел понять, к чему я клоню. — Ах! Точно! — щелчок пальцев и напускное веселье. — Врата ведь ведут в твой императорский город! В твердыню твоей власти! Я знатно там повеселюсь, осмотрю местные достопримечательности и опробую на вкус твоих наложниц. Слышал у тебя их много. А затем я сожгу там всё дотла, не оставив там не единой живой души. И от твоей твердыни останутся руины и гора трупов. Но ты, наверное, считаешь, что я остановлюсь? Вовсе нет, — скривил лицо и расхлябано махнул рукой перед ним. — Я пойду дальше, а через некоторое время еще дальше, а затем продолжу свой путь далее. Один мир, за другим и за ним последующий!