И преуспеваю, пусть и с потерями: недостаток навыка и опыта привёл к тому, что дротик, конечно, отлетел в сторону, но и моя основная рука обзавелась длинной, перечеркнувшей три пальца рваной раной, которая не стала ещё более страшной исключительно из-за костей. В ход тут же пошло здоровье, запасы которого уже приближались к нулю, а возможности подлечиться пока не было. Лишь чудом я удержал кинжал в покалеченных пальцах, и это же меня спасло: звигг-воин тупил недолго, и бросился вперёд с явным намерением меня добить.

Я припал на одно колено, бросил факел на пол и подхватил дубинку раненой тварюшки, наотмашь смахнув воина в сторону. Мало ему не показалось, ибо с дубинкой пришлось расстаться: её, застрявшую тремя гвоздями в теле и броне звигга, просто вырвало у меня из рук. Благо, что кинжалом я уже худо-бедно, но орудовать мог: рана больше не кровила так сильно, и оружие не торопилось выпасть из моей руки.

Оценив состояние обеих воинов, — один сдох, подарив мне опыт, а второй был явно недееспособен, заливая каменный пол кровью из фаршированного гвоздями брюха, — обращаю свой взгляд на стрелка, который смазанно покачивает дубинкой. Теперь он — самый обычный звигг, справиться с которым я смогу даже в таком состоянии.

Да и помучить, — подумал, подбирая факел с пола, — тоже.

Дальнейшие мои действия были основательными и подпитываемыми обжигающе-холодной ненавистью, которая смывала и боль, и сожаления о допущенных ошибках. Я отрубил звиггу кисти, прижёг их факелом и приступил к экзекуции. Где-то в этом промежутке издох второй воин, но я обратил на это внимание лишь через призму того, что за корчащимся телом больше можно не следить. У лучника я сначала наживую изъял все три глаза, ненужные два раздавив, а после спалил ему горло негорящим факелом, так хорошо подходящим для пыток.

И только после того, как тварёныш сдох от ран, позволил себе улыбнуться.

Хера с два меня эти худосочные ублюдки грохнут, хоть базуку им выдай!

Последующая хирургическая операция на самом себе проводилась без наркоза и без колебаний. Просто немного выдавил древко острием кинжала, слегка распоров успевшую нарасти поверх кожу, а после подцепил его и наконечник с другой стороны, рывком вытащив всё это на свет божий. Крови было порядком, но и не слишком много: не задел дротик ничего критичного, в чём мне безгранично повезло.

Но сила, с который его метнул маленький на вид звигг-застрельщик… Все, что ли, метатели так могут, и это нормально? Я даже прямым ударом не всегда пробиваю звиггов кинжалом насквозь, а тут — дротик, брошенный с двадцати метров. Этак опять прозеваю засаду, и такой дротик окажется у меня в спине или в груди, пробив оную насквозь. И тогда чёрта с два получится вернуть боеспособность: просто стану добычей, которую нашпигуют издалека за нефиг делать.