Хорошо выходные провели. Масса впечатлений, куча воспоминаний, еще и собеседование с профессорами Высшей Инженерной Школой Союза прошло на уровне. Погоняли меня знатно, мозг выжали досуха, но прощались вполне благожелательно. Конечно, это не однозначное «да», но ведь и не категорическое «нет». Домой возвращался обнадеженный, и лишь обычное купе несколько портило настроение. «Еще наверстаем», — шепнула Яна, и потерлась макушкой о мой подбородок.
Глава 13
Эрик и Пад (Повелитель ада)
Грохочут в унисон копыта. Хрипят наполненные божественной силой кони. Роняют кровавую пену из разорванных удилами ртов. Летит отряд паладинов и воинов храма. Стелятся над дорогой развевающиеся плащи, трепещущие гривы коней, хлопает знамя Харнила. Крестьянские подводы и возы купцов жмутся к обочине, сворачивают путники, спеша убраться с тракта. И долго люди с нелюдями стоят в облаке пыли. Их губы беззвучно шепчут благодарственные молитвы богам, а глаза смотрят вслед пролетевшему отряду. Стучат копыта, стелятся над дорогой кони, сжимают рукояти мечей крепкие ладони.
Эрик вскинул руку и потянул поводья. Конь под ним заржал и начал сбавлять бег. Отряд остановился. Молодой инквизитор спрыгнул с коня и вскинул руку. Короткая молитва и с неба ударил столб света. От соседства со столь мощным проявлением светлой силы Пад поморщился, но промолчал. Столб света прошелся по месту недавнего боя. Выжег малейшие крохи тьмы. Очистил землю от запекшейся телы и отсанков демонических тел.
— Брат инквизитор?
— Действуйте, — кивнул Эрик и отошел к тяжело поводящему бокаму коню.
Лающая команда второго инквизитора, и десяток воинов-храма вместе с паладинами снимают с лошадей мешки. Бросаются в поле и собирают основу постамента. Паладин вскинул руку, но…
— Я сам, — сказал Эрик.
— Да, брат, — склонился паладин.
Новая молитва, белый мрамор и светлое железо начинает сиять светом Харнила. Все быстрее и ярче, словно заполошно бьющееся сердца. Пад отвернулся. Конь под ним всхрапнул и переступил с ноги на ногу. Яркая вспышка ослепила и обожгла. Не помогли ни закрытые глаза, ни надвинутый капюшон с заклятым плащом. Скрипнув зубами, Пад обернулся.
Рядом с дорогой, в поле, покрытым удивительно густой и свежей травой, стоял монумент. Памятник павшему тут воину света. Эрик бережно достал из-под плаща маску инквизитора. Треснувшую, местами закопченную и, кажется, со следами крови.
— До последнего вздоха, я буду нести свет Харнила, учитель. Вы будете мной гордиться, — сказал он, и пошел к памятнику павшему инквизитору Коту.
Закрепив маску на белом шпиле, Эрик опустился на колено. Снял с плеча оружие, поставил его перед собой на манер меча и склонил голову. Пад не мог слышать слов молодого инквизитора, да тот и не произносил их вслух, но вот то, о чем он думает — это Пад понимал. Наверно потому, что и сам думал о том же.