Даже эти два метра без укрытия дались мне с большим трудом. Схватившись за стальной столб, я вначале даже не понял, что с ним случилось. Всю нижнюю часть, почти метр, старательно обложили булыжниками. Я не был до конца уверен, но казалось, что некоторые из них шевелятся. Пытаются пробраться ближе к центру. Несколько секунд я тупо смотрел на эту картину, не в состоянии осмыслить происходящее, а когда до меня дошло, резко отдернул руку.
Камни от совсем мелких, в пару сантиметров, до небольших булыжников сливались в общую массу. Но я уже знал, на что они способны. Словно стая жуков, они облепили единственный источник энергии, выходящий на поверхность. Самые цепкие взбирались выше, и я с отвращением понял, что рядом с моей ладонью тоже находится такой живой нарост.
Хотя можно ли назвать движущиеся камни живыми? Вопрос, который я оставлю на потом. Сейчас же стало очевидно — в урагане полно тварей, которые могут быть очень опасны. А мелким каменюкам не составило бы труда проползти сквозь решетку вентиляции. Значит, я должен постараться не показывать врагам дорогу. Но как это сделать?
Отойдя на полметра от столба, я побрел вдоль бордюра. Там, где для тварей нет ничего интересного, и их самих быть не должно. Удерживаться в вертикальном положении при постоянно сменяющейся силе ветра было проблематично, но вскоре я забрел на стоянку, полную разбитых машин, и начал двигаться, прячась за ними.
Шаг за шагом я протискивался между корпусами с выбитыми стеклами, пока до меня не донесся близкий скрежет металла. Я замер, пытаясь понять, откуда идет звук, и вскоре он повторился. Словно десяток грубых напильников сдирали слой с листового металла. При этом разглядеть, что именно происходит в чертовой буре, не выходило. А приближаться к источнику звука… я что, идиот, рисковать жизнью из-за секундного любопытства? Нет уж.
Стараясь держаться как можно дальше от очередного монстра, я вновь выбрел на дорогу. Каждый метр давался с большим трудом. Несколько раз меня опрокидывало, и приходилось цепляться руками за трещины в асфальте, чтобы не утащило дальше. Остовы разбитых машин служили отличным укрытием, но, помня о твари, поселившейся на парковке, я укрывался за ними лишь вынужденно.
Твою мать. Да что с нашим миром не так? Во что он превратился за одну гребаную неделю? Где МЧС? Служба спасения? Армия, в конце концов? Где все те миллионы болванчиков, которые должны спасать и защищать, рискуя своей жизнью? Какого черта из всей полиции выжило только двое.
Замерев за автомобилем, я поймал себя на мысли, что пытаюсь найти виноватых в собственном положении. Правда, сколько бы ни думал, стрелка все равно возвращалась в мою сторону. Я сам вызвался на продразведку. Сам поперся за непонятным даром, рискуя жизнью. И сам же иду в темноту и бурю, а мог бы сидеть в туннеле и стучать ломом по двери.