— Слава принес… значит, вернулся, — ответил ему второй, и я тут же узнал Сергея. Черт, не думал, что буду так рад его слышать. На втором этаже замелькали фонари, и вскоре один из них направился наверх. — Мы поднимаемся!
— Где были? — стараясь успокоиться, спросил я, пряча в пространственный карман кристаллида. — Почему не оставили никого на дверях?
— Это ты у меня спрашиваешь? — хмуро спросил Сергей, выключая фонарик. — Это тебя не было почти сутки. После возвращения группы Артема прошло пять часов, хотя ты должен был их даже обогнать.
— Я вернулся, а тут раздрай. Почему даже одного человека не оставили?
— Оставляли, и с них будет спрос, — ответил, поднимаясь за старшим, Герман. Он все еще прихрамывал, хоть и держался молодцом. — Да только мужики почти все умудрились найти алкоголь и наклюкаться в дрова, а баб безоружных не поставить.
— Спасибо, что вернул ружья, — кивнул на стволы в руках ополченца Сергей. — мы нашли в одной из квартир соседнего подъезда запасы пороха и капсюли, сможем сами снаряжать патроны. Видел, кто с группой расправился?
— И да, и нет. Мельком, уж очень тварь быстрая. Но здоровенная, метров трех в длину, покрытая панцирем, словно черепаха.
— Ясно, выжившие говорили то же самое. Мы сходили за второй группой, поэтому, наверное, разминулись, — сказал Сергей, присаживаясь рядом. — Решил охранять лазарет вместо подъезда?
— Одну квартиру легче удержать. Тем более там раненые. Хоть выяснил бы, что происходит. И это мне до сих пор интересно.
— Да рассказывать особенно нечего, — пожал плечами Сергей. Он чуть поджал вытянутые ноги, когда мимо нас проходили мокрые и уставшие мужчины, волочившие на себе рюкзаки. — Пришла пятерка Тема, притащили его. Наши девочки сказали, что с ним все в порядке, а вскрывать здорового они не собираются. А затем вернулось несколько добытчиков — все с ранениями разной степени тяжести. И все как один твердили о твари из воды, которая просто смела половину группы.
— Из воды? — на всякий случай переспросил я. — Так вот почему она метнулась к трассе, когда я ей по хребтине попал блином.
— Ого, ты ее ранил? — уважительно спросил Герман.
— Да ни разу. Дважды попал, и, судя по пороховому дыму, не я один. Вот только тварюшке с этого ни горячо ни холодно, — покачал я головой. — Ушла, насытившись и не вынеся оскорбления.
— Это плохо. Хоть и объяснимо, — чуть помолчав, сказал Сергей. — В группе было три ружья, одно они смогли вернуть — два принес ты. Но все снаряжались крупной дробью против спрутов и призраков. А тут нужен совсем другой боеприпас. В идеале — бронебойно зажигательный и калибром побольше.