— Ну ты и… выделю, — покачав головой, ответил Леонид, собирающийся на улицу. — Можно подумать, что у нас варианты есть. Сколько понадобится машин? Какие?
— Чем больше рабочих найдете — тем лучше. Вам потом их ворочать на генераторы, — ответил я, отодвигая боковую дверь «Газели» и выбираясь наружу. Получившийся тамбур не мог вместить больше трех человек, но и этого оказалось вполне достаточно. Распахнув задние створки, я чуть не вылетел наружу из-за сквозняка.
Но, поднявшись, понял, что привык к урагану. Привык к постоянному чувству жуткого давления. К проникающим через одежду холодным уколам. И даже бьющие о стекло шлема песчинки не заставляли зажмуриваться. Может, это ураган начал стихать, а может, это я приспособился к новым условиям, ведь мой организм тоже изменился. Как и мир вокруг.
Держась у земли и упираясь носками ботинок в асфальт, я шел против ветра прямо к распахнутым воротам. Можно было проехать эту пару десятков метров на разваленной «Газели», но она перекрывала выход из здания, и это было не менее важно. К тому же во время катастрофы машин на улицах города хватало. Можно было заняться и этим, но уж лучше я столкнусь с парой одержимых, чем буду вытаскивать трупы из машин.
— Ни хрена не видно, — выругался я, понимая, что свет налобного фонаря выхватывает не больше полутора метров. Кажется, на дворе ночь, хотя особой разницы я не почувствовал, а на телефоне высвечивалось 11:43. Значит, мы уже сутки как покинули поселение у метро. А я и не заметил, как они пролетели. Хотя, может, это часы сбоят, слишком темно.
Двухполосная магистраль встретила меня потрескавшимся асфальтом и несколькими провалами, но, на удивление, больших ям не обнаружилось. Хотя, когда я подполз дальше, наткнулся на провалившиеся рельсы. Но провал здесь заканчивался, а не шел через всю улицу, как возле школы и подземной парковки. Похоже, землетрясение существенно перекроило карту и без того пострадавшей Москвы.
На встречной полосе мне встретилась перевернутая белая легковушка. Определить марку этого автохлама я не взялся, уж слишком ее помяло. А вот причина такого состояния оказалась очевидна — машину опрокинуло во время столкновения с чем-то быстрым и очень тяжелым. Я бы поставил на танк, да только следов от гусениц на асфальте не осталось, и говорить с уверенностью я не мог.
Пред глазами тут же встал быстро удаляющийся бронированный панцирь монстра, развалившего магазинчик у базы, но я постарался отогнать дурные мысли. За спиной висел калаш, в карманах — два магазина. Если я встречу что-то такое, попробую его на прочность. Недаром же пули были повышенной пробиваемости, уж кость-то они должны пройти.