— Отлично, значит, никакой разницы между праведниками и грешниками не будет, — довольно улыбнулся Артем. — Право сильного!
— До первой пули в затылок, — мрачно ответил Герман. — Даже жизнь по законам военного времени лучше беззакония и перетягивания одеяла на себя. Черт, прав был Сергей, когда говорил о полевом трибунале. Нам придется ввести жесткие нормы, чтобы не скатиться в варварство и при этом выжить.
— Боюсь, этого сделать не получится, — покачал головой Константин. — Да, многие попробуют подстроиться, но по-настоящему вжиться в армейские правила выйдет только у тех, кто служил, и при этом долго. Это ломка психики, которая не проходит бесследно. Но уверяю вас, порядки сложатся и довольно быстро. Люди уже привыкают к многочасовым дежурствам и патрулям. Еще немного — привыкнут и к пайкам.
— Итак, мертвые греки, ангелы и рептилойды с планеты Нибиру? — улыбнувшись, сказал я. — А еще чужие и хищники.
— Про рептилойдов я бы так не шутил. Да и название этой планеты нам неизвестно, — упершись в стол руками, произнес Константин. — Мы об этом мире знаем только то, что его атмосфера очень похожа на земную, как и состав воды. Все. Ни область нашей планеты, которая попала в этот мир, ни почему или как это произошло, нам неизвестно. В худшем случае может оказаться, что фраза на потолке метро правдива.
— Хотите сказать, что нас всех притащило в этот мир, чтобы принести в жертву? — настороженно спросил Герман.
— Я не знаю. Как и вы. Но пока это тоже одна из теорий. На данный момент можно лишь говорить, что в нашей мифологии остались следы подобных событий, имевших место в прошлом. Десятки, а может, и сотни тысяч лет назад, — серьезно сказал Константин. — И тогда жертвоприношения были совершенно обыденной вещью. В том числе — человеческие.
— Ладно… худший вариант мы услышали. А какой лучший? — спросил я.
— Что это случайность. Просто стихийное бедствие локальных масштабов. Серия непредвиденных, но трагических совпадений, — ответил Константин. — Тогда нам просто придется выжить.
— И чем это отличается от чужой воли? — фыркнув, спросил Артем.
— Тем, что нас не будут пытаться прикончить специально, великие и невероятно могущественные существа, способные перенести в свой мир целый многомиллионный город, — отрезал крючконосый. — Ведь, если это сделано умышленно, у нас нет ни шанса.
В комнате наступила гробовая тишина. Каждый думал о своем, я же перебирал в уме события последних полутора недель, пытаясь понять, что могу говорить сидящим рядом людям — а что нет. Если еще несколько дней назад я был уверен, что при раскрытии происходившего меня просто посадят в клетку или убьют, то сейчас ситуация изменилась. Все находящиеся сейчас в штабе, кроме Константина, прошли со мной не одну схватку, и мы были обязаны друг другу жизнями. Это должно было повлиять на их решение.