— Ты что там такое делаешь? — спросил, заглянув в салон, пилот.

— Уменьшаю общий вес. Насколько это возможно, — ответил я, не скрываясь.

— Не смей сбрасывать топливо у аэродрома! Ты же нахрен всех убьешь! — мгновенно зверея, выкрикнул пилот.

— Даже не собирался. Ты лучше за маршрутом следи! — ответил я.

— Странно, давление в норме, — постучав пальцем по циферблату, удивленно сказал пилот. — А как ты тогда, если не сбрасывать?

— Какая разница? Магия! — ответил я, не собираясь вдаваться в подробности.

— Магия? Офигенная уличная магия! — выкрикнул пилот, показав мне большой палец.

— Да-да, — ответил я, вынужденно поддерживая способность. Несколько минут мне пришлось торчать у грузового контейнера, пялясь в мутный иллюминатор. Разрушенная Москва выглядела так, как и полагается мегаполису, подвергшемуся воздействию урагана, землетрясения и наводнения разом. Здания, повалившиеся друг на друга, обрушившиеся мосты и туннели, затопленные поймы рек и озер.

Но была в этом и своя нелогичность. Из-за того, что город вместе со всем населением и грунтом, на котором стояли здания, ветками метро, бункерами и шахтами перенесли в иной мир не на ровную площадку, а на оставшиеся с прошлых потрясений острова — рельеф города в корне отличался от того, что было еще совсем недавно. Некоторые холмы ушли под воду, в то время как русла рек поднялись над обломками шестнадцатиэтажек.

— Эй, в чем дело? Почему мы летим на юг? — спросил я, заметив, что солнце, бывшее с левой стороны во время взлета, перекочевало направо. — Эй?

Пилот ничего не ответил, так что я отпустил контейнер, и самолет тут же рухнул вниз на несколько десятков метров.

— Какого черта ты делаешь? Я чуть не сдох! — наконец проорал пилот, выровнявший положение нашего судна.

— Еще раз, мы должны двигаться на север, а не на юг. Что ты задумал? — перекрикивая шум двигателя, спросил я.

— Спасаю наших ребят! — ответил вцепившийся в штурвал обеими руками пилот. — Даю им шанс выжить.

— Мы и летим, чтобы их забрать! А до точки… — я замолчал, открывая карту, но стоило изображению загрузится, как я, не сдержавшись, выругался. Со всех сторон к нам двигались большие и быстрые воздушные группы. В это время пилот в очередной раз чуть сменил курс, и мы, облетев чудом уцелевшую многоэтажку, вновь направились на север. Я было расслабился, но вдруг понял, что уже слишком поздно.

С юга, севера и запада к нам приближалось несколько крупных стай самоубийц. Судя по мутным черным точкам на снимках, в них было не меньше тысячи птиц. Будто этого мало — из обломков многоэтажек, над которыми мы сделали круг, начал подниматься рой. Сотни шершней с недовольным треском крыльев ринулись на перехват потревожившего их улей самолета.