— Вот как, — задумался я. — Но почему ты так боишься его сына?
— Да потому что он отбитый, — вздохнула Лиза. — На всю голову больной. Папочка его разбаловал и вырастил конкретного отморозка.
— Ну такие обычно плохо заканчивают, — улыбнулся я. — И вообще я рядом. Не пугайся, тебе ничего не угрожает. Надо было остаться и поужинать.
— Не хочу с отребьем связываться, — огляделась Елизавета, когда мы уже почти вышли с территории бассейна. — Они бы точно к нам подсели.
Я хотел ей сказать, что как бы они сидели, если бы я заставил их прилечь. Но Лиза уже отлучилась в уборную.
Я сел на скамейку и достал смартфон, заказывая такси.
— Слушаю, — раздался из динамика женский голос. — Говорите адрес.
Но я так и замер с трубкой у рта. В ту же дверь, куда недавно зашла Елизавета проникла группа тех самых парней из кафе во главе с сыном Анаболика.
Я подорвался с места, заскочил в женский туалет.
— Ну что, сладкая, ты зря тогда… — Яков шипел в лицо испуганной Елизаветы, схватив её за горло и прижав к белой плитке. Вторая его рука быстрыми движениями разрывала на журналистке платье, обнажая грудь.
Его два приятеля стояли на стрёме. Они и упали первыми под моим наркозом.
Яков обернулся на звук, отпустил Елизавету.
— Ты сам напросился, фраер, — прогнусавил сын Анаболика и сделал пару шагов в мою сторону.
Я выпустил в него солидную дозу веселящего анестетика, но моя энергия уткнулась в невидимый барьер.
— У меня артефакт, придурок, — оскалился Яков, а затем выхватил из-за пазухи кастет. — Придётся тебя проучить, как следует.
Глава 19
Ну раз анестетик не добрался до этого подонка, попробуем традиционными методами. А чтоб не попало случайно кастетом, проявлю хитрость.
В последний момент я дал задание Карычу. Пернатый выскочил из астрального убежища, блеснув перед глазами Якова, и вновь исчез.
Но этого хватило, чтобы сын Анаболика дёрнулся в сторону, как раз туда, где я поймал его кулаком. Удар в челюсть раздался эхом в туалете. Яков отшатнулся, замотал головой. Одного удара недостаточно, поэтому придётся добавить.
Ударил ещё раз, теперь уже в висок. Костяшки пальцев вспыхнули от боли.
Яков рухнул на кафельный пол. Из его внутреннего кармана выпал артефакт в виде подковы. Похоже, это и есть та самая магическая защита, и она всё ещё действует. Пришлось наступить на артефакт подошвой. Внутри подковы что-то хрустнуло, и она поблекла.
— С-сука, — выдохнул Яков. — Ты труп, понял?
— Отдыхай, — я наградил его веселящим анестетиком, затем взглянул на Елизавету, которая была очень бледной. Она закрывала обрывками платья обнажённое тело, посматривая на трёх притихших отморозков, распростёртых на полу.