Я выбросил в сторону Хромова порцию веселящего анестетика, повысив уровень весёлости. Взгляд начальника преобразился, а улыбка сама собой расплылась у него на лице. А затем расхохотался в голос, схватился за живот, и слёзы брызнули из его глаз.

Хм, кажется, я переборщил с градусом весёлости. Забрал немного энергии, и Хромов перестал содрогаться от смеха, лишь хихикал как дурак и вытирал слёзы.

— Что происходит вообще? — обвёл он взглядом комнату и остановил его на мне.

— Я хочу вернуть деньги, — напомнил я. — Семьсот рублей. И получить столько же за моральный ущерб.

— То есть семьсот и семьсот? — хохотнул Хромов.

— Ага, то есть тысяча четыреста рублей, — кивнул я. — И надо наказать бригадира Трофимкина.

Начальник техотдела прыснул со смеху.

— А что, прикольно. Вычту из его премии. А можно ведь и больше? — умоляюще взглянул на меня Хромов, продолжая улыбаться во весь рот. — А то этот толстяк уже меня задолбал. Плохо работает.

— На ваше усмотрение, — хмыкнул я.

Хромов нажал пальцем на кнопку телефона, включая громкую связь.

— Наденька, выпиши две тыщи барону Логинову, — произнёс он, явно связываясь с финансовым отделом.

— Владислав, ты уверен? — растерянно произнёс грудной женский голос. — С какого перепугу мы возвращаем клиенту деньги?

— Вычтем из зарплаты Трофимкина. Он облажался, — выдавил он, тихо прыская под нос от смеха. — А лучше знаешь что, три тыщи рублей вычти из следующей зарплаты.

— С тобой всё нормально? — встревоженно произнесла Наденька.

— Надюша, у меня всё отлично, — весело ответил Хромов. — А вот у Трофимкина не очень. Сделай как я говорю.

— Ну хорошо… — растерянно произнесла Наденька. — Перевести сейчас?

— Да, я тебе реквизиты отправлял вроде, — сдерживая смех, ответил Хромов и сбросил звонок. — Вот это я дал жару! Как она удивилась, ах-ха!

Затем под таким градусом весёлости Хромов позвонил в договорной отдел, сообщая, что нужно аннулировать договор с Алексеем Логиновым, а потом звякнул своему помощнику, сообщая, чтобы разорвал акты производства работ и съел их

И если последнее не прокатило вследствие странности просьбы, то деньги, капнувшие на счёт, и уведомление о расторжении договора меня устроили.

Я покинул здание «Кровельщика», проходя мимо двух охранников, которые поднимали с кресла усыплённого мной работника.

Камеры включить ещё не успели, а значит, что моё посещение окажется недоказуемым. И мало ли что показалось Хромову. Переработал, вот и придумал себе историю.

Даже если он захочет вернуть деньги, ничего у него не получится. Он сделал всё сам, да и не пострадал ни капли. Основной пострадавший — Трофимкин, которого и следовало наказать.