Крови почти не было, так как сосуды в зоне ожога коагулированы, если проще — запеклись по полной.

Когда я совершил последний разрез, мёртвая кожа с характерным хрустом разошлась в стороны. Грудная клетка резко, судорожно поднялась. Парень сделал хриплый жадный вдох, затем задышал в полную силу. Синюшность на его лице исчезла, кожа приобрела бледный оттенок.

Ну вот и замечательно. Под занавес я убрал попавшую в организм инфекцию и применил «Регенеративные лучи», восстанавливая особо масштабные повреждения мягких тканей.

Затем пришлось развоплотить диагностический щуп. Целители всё же смогли справиться с моим анестетиком и очнулись.

— Немедленно отойдите! — зашипел на меня целитель Державиных. Он схватил меня за рукав и так резко дёрнулся, что с его носа слетело пенсне.

— Ярослав Сергеич, так он уже почти всё сделал, — растерянно произнёс бородатый целитель.

— Как сделал? — удивился целитель Державиных, склоняясь к парню.

— Семён Михайлович жив. Осталось лишь восстановить кожный покров. Но наследник жив… Он жив, — пробормотал бородатый, изумлённо взглянув на меня. — Постойте, как вы это сделали⁈ Вы ведь спасли его!

— Взял и сделал, — улыбнулся я, возвращаясь к Софье.

Что ж, лавры спасителя я уже заработал, а дальше пусть потрудятся целители. Да к тому же энергии на «Регенеративные лучи» тратится очень много. Мне не хватит её на полное лечение, даже учитывая, что я воспользуюсь скрытым резервом.

Мужичок в пенсне забавно таращился в мою сторону, а бородатый уже раскрыл ладони, освобождая спасённого от остатков струпа и заживляя ожоги.

И заклинание его было очень сильным. Даже с пяти метров я чувствовал мощный фон, отходящий от искрящихся потоков, которые выплёскивал бородач из своих ладоней.

Целители явно хотели мне задать вопросы, но ситуация неподходящая. Надо было полностью вылечить наследника. Хотя фамилии спасённого я так до сих пор и не знал.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы успешно провели операцию в полевых условиях!

Награда: + 700 очков опыта.

Бонус за сложность: +500 очков опыта.

Текущий уровень: 9 (12600/25000)/.

— Он будет жить? Что ты сделал? — у Софьи от волнения слегка изменился голос. — Ты спас его?

— Да, всё хорошо, — кивнул я. — Будет жить.

Мы отошли. Я ощущал взгляды чуть ли не всех аристократов, которые собрались поглазеть на трагедию.

Блин, чуть не забыл. Надо же охранника привести в чувство.

— Я сейчас, ещё один нюанс, — сообщил я Державиной, и отправился к замершему здоровяку, который будто дремал.

— Лёня, очнись, твою мать, — шипел на него пожилой мужчина в более яркой форме охраны. Скорее всего начальник охраны. — Ты сдурел, что ли? Спать на рабочем месте.