Ежась от холода, запустил руки в карманы. Наткнулся рукой на «пульт», ощупал его…

«И ведь — полное молчание», — хмыкнул я задумчиво. — «А ведь — амулет полноценный. Когда прибор из Амелии попал в руки — тоже никаких объявлений не было…»

Вспомнилась дверца, ведущая к тайнику в сейфе казино в Сан-Франциско — она не давала таланту проникнуть внутрь, но тоже на ощупь была «обычной».

Что их может объединять?.. Да понятно, что.

«Да просто это вещи, сотворенные возвышенным. Видимо, там есть защита от обнаружения».

Короче говоря, к церкви подходил уже с готовой версией.

Постоял на дорожке, ведущей ко входу — пожал плечами. Уже и заходить-то смысла совсем нет. А уж будить кого-то — тем более.

«Может, они больничный покой тоже скрыли, как сейф?..» — Донеслась ленивая мысль.

Да нет — я эффект «проскока» мимо пространства хорошо изучил. Не было тут такого. Так что — разворачиваемся и едем пришпиливать арийского нациста к койке.

— Генри? — Донесся чуть хриплый голос в спину.

Человек тут же откашлялся и повторил мое имя с легким удивлением.

— Томас? — Повернулся я к нему, узнав. — Извините, если разбудил. Оказался рядом, но пока что, — посмотрел я на звезды, — слишком рано.

— Да ничего, я не спал. — Поправил он серый плед, накинутый на одеяние священника. — В городе взрыв, вы слышали? Всех подняли по тревоге.

Ну, я уже извинился, что разбудил…

— Слышал. Веселое у вас место.

— Обычно у нас спокойно, — словно оправдываясь, подошел Томас ближе. — Может, чаю?

— Спасибо, но я, пожалуй, поеду.

— Но вы ведь заехали не просто, чтобы поздороваться? — Улыбнулся тот. — Особенно в столь ранний час.

— Да был один вопрос. Но, кажется, пока шел — сам с ним разобрался.

— Если не хотите заходить — можно присесть на скамейку. Честное слово, я сам хотел подышать воздухом — прошу, составьте мне компанию. А я обещаю ответить на ваш вопрос в меру возможностей, — повернулся он к скамье, расположенной на полянке меж двух кустарников.

Туда вела прихотливо вьющаяся дорожка, но «носитель святости» неспешно пошел напрямик. Я направился следом — раз пообещал, отчего не воспользоваться?

Уселись — скамейка широкая, не тесно. Есть даже спинка, но слегка влажная из-за ночной свежести.

— Так что за вопрос вас тревожит в этот ранний час, Генри? — Смотрел церковник на наши следы в примятой траве.

Я набрал воздуха в легкие, только спросил не то, что планировал. Но сделал это искренне — и пожалуй что действительно нуждался в ответе.

— Есть один человек. Бесит невероятно. Постоянно думаю, как бы от него отделаться. Потом смотрю — он снова в моих мыслях, планах… Когда рядом — раздражает. Когда рядом нет — пытаюсь вернуть.