И добавил уже успокаивающе:
— Не обращай внимания, золотце. Обычные веревки загораживают, куда нельзя соваться, а вот такие льняные — желтоватые, натягивают для разметки, как этот болван и сказал. Не обращай внимания. Кассиди разжала кулаки, кивнула и побежала дальше, придержав рвущиеся с языка комментарии.
Бежала, досадуя что нет времени остановиться и расспросить чем те или иные гномы занимаются, только наспех скринила всплывающие подсказки и ее блокнот с заметками «на проверить, проконтролировать, узнать» обрастал новыми и новыми страничками.
— Блин, где бы найти время! — в сердцах пробормотала девушка, влетая в «координационный зал», и замерла оглушенная гвалдом толпы бородачей, обступивших Асашку. Игрок скорчился на высоком «троне» поджав ноги, словно боялся что за них сдернут вниз, а потом запинают. Его голос едва пробивался сквозь напористый гвалд десятков голосов:
— Вы поставлены в очередь, уважаемый… Ваше предложение будет рассмотрено… Да, запомнил я, запомнил!
Некоторые гномы недоверчиво покачивая головами отходили, зато подтягивались новые. Асашка, что похоже совсем отказался от «молодежной моды» заткнутой за воротник бороды, теперь дергал и перебирал волосяной покров подбородка, словно старик Хоттабыч, что никак не мог решить какой из волосков выдрать для заклинания. Такого, чтоб вся эта толпа исчезла! Под его глазами повисли мешки, он поднял слезящийся взгляд на рыжую девушку и всплеснул руками:
— Наконец то! Кассиди, куда запропастился наш глава? Клановые то дела я кое-как утрясаю, но дела казначейски-старейшинские только он решить может!
Гомон стих, все с надеждой уставились на рыжую гному, которой под десятками взглядов стало очень неуютно. Но она подняла голову, и прошла к Асашке, что тут же спрыгнул с своего высокого сиденья. Он сжал девушке протянутую для рукопожатия руку обеими ладонями и встряхнул, одновременно передавая информационный блок, от объема которого та вытаращила глаза:
— Бли-ин, Асашка! Это же целая куча не сортированных квестов. Что с ними делать то?
— Это ты у меня спрашиваешь? — простонал «главный ездовой». — Да как прорвало местных. И большая их часть требует внесение золота, а доступ к казне только у Алексея!
Кассиди бегло просмотрела заголовки и вздохнула:
— А еще куча требует согласования совета старейшин. Что тут вообще происходит?
Асашка, теребивший бороду, не удержался и вырвал клочок, зашипев от боли:
— Да, похоже завязывать придется с военным коммунизмом. Пока не было средств — подгорцы ходили, как снулые рыбы, а теперь взбодрились и наперебой талдычат о каком-то их исконно-посконном укладе, в котором вот так с наскоку и не разобраться!