— Присаживайся, дитя, — словно по волшебству, сухой голос аббатисы стал мягким, как шелк. — У майора Моргана, командующего планетарной полицией Бельйтайна, есть предложение для тебя. Говорю сразу: ты не обязана его принимать. Более того, ты вправе прямо сейчас повернуться и уйти, не слушая господина майора.

— Я останусь, — безапелляционно заявила Мэри, уселась на последний свободный стул и требовательно уставилась на посетителя.

И вот тут-то Генри Морган понял, что перед ним взрослый человек, настоящий пилот, и не важно, что именно написано в свидетельстве о рождении. Неопределенного серо-голубого оттенка глаза (майору вспомнились изменчивые переливы вейвита) были спокойными и неожиданно цепкими.

Никакого любопытства или волнения в них не было и в помине, присутствовало лишь изучающее ожидание. Я тебя выслушаю, говорили эти глаза, составлю мнение о вопросе и о том, кто его задает, и хорошенько подумаю, прежде чем отвечать.

«Сложись ее судьба по-другому — какой великолепный дознаватель мог бы получиться!» — мысленно восхитился командующий.

— Мисс Гамильтон, так получилось, что полиция Бельтайна нуждается в хороших пилотах. По причинам, в которые мне не хотелось бы пока вдаваться, нанять их на планете я не могу. Поэтому я прибыл сюда просить помощи у монастыря Святой Екатерины. Принципиальное согласие матери Альмы дать полиции пилотов мною получено. Но я хочу, чтобы одним из этих пилотов стали вы, а ваши наставницы протестуют. Поэтому я хотел бы услышать ваше мнение по данной проблеме.

— Что будет входить в обязанности ваших пилотов? — вопрос Моргану понравился. Сам он первым делом справился бы именно об этом.

— Патрульная служба, мисс. В случае необходимости — задержание нарушителей.

— Насколько жесткое задержание?

— Принудительная посадка. Возможно — расстрел в воздухе или на орбите.

Сестра Агнесса взвилась как ошпаренная:

— Вы думаете, о чем говорите, майор⁈ Вы предлагаете четырнадцатилетней девочке стать… кем? Убийцей⁈ Она еще ребенок и…

— Я не ребенок, сестра, — спокойно заметила Мэри. Морган оценил выдержку девчонки. Когда ему самому было четырнадцать лет, любое упоминание о том, что он ребенок, вызвало бы куда более бурную реакцию. — Кроме того, я совершеннолетняя.

— Тебе только четырнадцать лет!

— Это быстро проходит, сестра.

Мэри флегматично пожала плечами, а майор вдруг понял, что с такой подчиненной будет непросто.

— К тому же, на действительной службе мне придется отдавать команды стрелять по настоящим, живым целям. Годом раньше, годом позже…

— Мэри, девочка, даже те, кто оканчивает Корпус в срок, слишком молоды для боевой службы… Военные со мной не согласятся, но таково мое мнение. А тебе ведь даже не семнадцать… Подчиненные майора Моргана привыкли сперва стрелять на поражение, и только потом давать предупредительный в воздух. Ты намерена стать такой же, девочка? Я не хочу, чтобы ты очерствела душой!