Пока занимался подсчетами, откуда-то появился Кляйн, с грустным лицом разглядывавший свою четверку.

— Так и знал, что засыплюсь на физике, — сообщил он мне. — В тот раз тоже четверку получил и тройку за сочинение.

— Ну, еще не все потеряно, — попытался я его приободрить. — Конкурс становится все меньше. Значит надо написать сочинение на пятерку.

Михаэль грустно улыбнулся.

— У меня в этот раз десять сочинений есть в шпорах, — шепнул он мне. — В те годы два раза списал сочинения на экзамене и ни разу за них отлично не получил. За последнее вообще тройка.

— Такие, наверно, были и сочинения, — подумал я. — Интересно, где он их только брал.

— Вслух комментировать слова собеседника я не стал, так, как мы еще стояли в возбужденной толпе абитуриентов переживающих свои первые победы и поражения.

Когда мы все же выбрались ближе к дверям, я увидел, что к стендам направляется Нелли Абрамовна, скорее всего, желая узнать, как ее подопечный сдал физику.

Поэтому я резко ускорился в сторону выхода. Совсем не хотелось, чтобы Михаэль увидел, что у меня здесь имеется знакомый преподаватель.

Три дня оставшихся до последнего экзамена мне пришлось заниматься изготовлением мази.

Как-то понемногу, но желающих ее получить к этому времени набралось изрядно. А до аванса было еще почти десять дней. Обидно, было, конечно, имея огромные по нынешним временам деньги в заначке, сидеть без копейки. Но мы же приехали из отпуска, поэтому никто не удивлялся нашему безденежью, правда, в долг тоже никто не предлагал, даже теща. Вот именно поэтому я все три вечера провел в аптеке, занимаясь варкой мази. И возвращался домой уже после двенадцати часов, хорошо проветрив помещение.

Хорошо, что жена освободила меня от обязанностей продавать свою продукцию. Поэтому я даже не знал, сколько денег Лида получает. Но, учитывая, что ее лицо потеряло озабоченный вид, получила она достаточно, чтобы дожить нам до аванса.

В день последнего экзамена погода снова наладилась.

Однако, с утра, несмотря на яркое солнце, было достаточно прохладно.

Михаэль, как обычно появился на остановке раньше меня и прилично замерз, что было хорошо видно по его носу. Поеживаясь от холода, он поздоровался и нетерпеливо глянул в сторону, откуда должен был появиться автобус.

— Ну, что образцы сочинений не достал? — спросил он.

— Даже и не думал, — ответил я.

— Ну, и зря, — коротко ответил он и погрузился в свои думы, своим молчанием здорово меня удивил.

По приезду в институт я обнаружил, что состав моей группы к сочинению изменился до неузнаваемости. Видимо пришлось объединять несколько групп в одну, из-за уменьшения числа абитуриентов.