И вновь это странное ощущение чужеродности. Словно постройка эта была сделана и не людьми вовсе, а существами из иных миров.

Здесь царила мертвая тишина. Но порой… я словно бы слышал фантомные истошные крики умирающих. Я прислушивался, пытаясь уловить откуда они идут, но все тут же пропадало. Тишина. Могильная. Непробиваемая.

Это место было явно магического свойства, причем такого уровня, который ни мне, ни даже профессору магической школы Чернову и не снились. Изучать это место было опасно, все равно, что дикари отыскали бы атомную бомбу и попытались ее разобрать. Я бы непременно ушел отсюда обратно в дом, чтобы не подвергать свою жизнь опасности, если бы не одна деталь…

Я увидел ее, когда уже собирался возвращаться, отмечая, что лучше вернуться к этим камням с тем же Черновым и показать их ему.

Эта деталь…

Она не могла принадлежать никому, кроме меня.

Черный берет гарнизона, какой мне выдали при поступлении на службу. Я бы мог предположить, что каким-то невероятным чудесным образом берет попал сюда случайно и он принадлежит вовсе не мне.

Но слишком хорошо его помнил, а в особенности помнил химическое пятно от субстратов, оставлено на краешке лобной полоски, когда мы с парнями делали магические боевые конструкты.

Этот убор вне сомнения принадлежал мне.

«А может, пятнышко было не только у меня?» — со слабой надеждой подумал я и приблизился к камням.

Напряжение, идущее от конструкции, усилилось — словно я вошел в трансформаторную подстанцию. Легкое покалывание кожи лица и рук явственно говорили о том, что магическая сила была тут невероятной мощности. Одно неверное движение — и может произойти такое, что костей не соберешь. Если они еще конечно останутся. Вероятнее — только горстка пепла.

Я глянул на камни. Они были покрыты серым лишайником и мхом и на первый взгляд выглядели просто старыми.

Но это было обманом, призванным обдурить непосвященного человека. Маскировка.

Сквозь этот мох и лишайник янтарными каплями проступала магия, мощная, первородная. Капли чистого огня. О которые нельзя обжечься, но которые могут сотворить такой пожар, что адскому пламени и не снилось.

Магия рождалась прямо здесь, внутри камней, и от переизбытка выступала наружу, как выступает руда из недр земли.

Понимая, что сильно рискую, я все же достал из кармана Антониев крест и приложил его к камням. Артефакторика была моим любимым предметом и общие принципы создания и построения я понимал. Пришло время проверить полученные знания на практике.

Артефакт аж задрожал. Он жадно впитывал эту силу, насыщался ей, становясь во стократ мощнее.