Грайер сунул руку за воротник брони, достал сверток с кыслом, развернул, отщипнул кусочек, закинул в рот и разжевал. В голове приятно и привычно зашумело, и тяжелые мысли отошли на второй план.

Дождавшись, когда стимулятор полностью растворится в слюне, Грайер ступил в гравитационный поток, который плавно опустил его с вершины наблюдательной башни. Дождавшись, когда под когтями нижних конечностей окажется плотно утрамбованная земля, Грайер двинулся в сторону ставки командира, и, по совместительству, начальника базы.

По пути пришлось пройти мимо темной грузной туши стратокрыла — последнего оставшегося. Не уцелел даже он — во время последнего полета в зону ферм, он получил несколько серьезных повреждений и дотянул до базы только каким-то чудом. Ремонтировать его было некому и нечем, поэтому его просто бросили прямо там, где он приземлился.

Обойдя стратокрыл, Грайер прошел через силовую завесу и оказался в бункере командира. Старый, покрытый шрамами, которых на нем было больше чем шишек и бородавок, командир Вилик Воркск, склонившийся над интерактивным тактическим дисплеем, на котором почти ничего не было видно из-за сплошной черноты, поглотившей всю поверхность планеты, услышав входящего, поднял голову:

— А, Грайер.

— Прибыл. — коротко отчитался Грайер. — Чем могу помочь?

— Сынок, оставь официоз. — Вилик махнул рукой, рассекая воздух когтями. — Мы с тобой столько всего прошли, и в такой ситуации сейчас находимся, что не до официоза.

— Насколько все плохо?

— Чрезмерно. — вздохнул командир. — Связи нет ни с кем. А последние сообщения, которые мы получали, были очень печальными.

— Мы одни? — сумрачно спросил Грайер.

— Боюсь, что да. — Вилик покачал головой. — Впрочем, это было совершенно ожидаемо. Ты видел, что творится с трубками, которые выросли из этой голубой пакости? Я видел, мне передали видео с одного из дронов. Они, мать их, пульсируют. Пульсируют и тянутся так высоко, что даже самые продвинутые летуны не смогли отследить, где они кончаются. И везде, где проходят пришельцы, появляется сначала эта голубая дрянь, а потом она превращается в трубки. И, с учетом того, как быстро и активно продвигаются пришельцы, это было вопросом времени. Причем времени очень малого.

И это было правдой. С момента, когда появились первые зараженные с голубыми кристаллами, лезущими из кожи, прошло буквально три десятиоборотки, а черная пелена инопланетной заразы уже расползлась на всю планету. Поначалу все казалось не таким уж и страшным — подумаешь, эпидемия, не первый случай такой, армия знала, что делать. Но потом, буквально через несколько оборотов планеты вокруг своей оси, появились те самые инопланетные захватчики.