— Прогноз, как вы видите, неблагоприятный, — Хатор, бог в маске коровы, встал, маска его сложилась, превращаясь в наплечник. Да, действительно, гермо, причем весьма невзрачной внешности. — Если Яхве и дальше продолжит действовать тем же порядком, а мы ничего не предпримем, мы рискуем сократить добычу на восемь процентов. Это существенно.

— Восемь? — переспросила Бастет, тоже убирая маску. — Не восемнадцать?

— Сейчас — восемь. Я говорю о прогнозе этого года, — отрезал Хатор.

— Проиграешь нижнюю войну, проиграешь и верхнюю, — проворчал еще один бог, который сидел по другую сторону экрана.

— Сет, — шепотом объяснил Саб. — Заведует вооружением и границами.

— Мы должны противостоять регрессу, который насаждает везде Яхве, — еще один бог встал, махнул рукой — голограмма свернулась. Бог вышел в центр зала.

— Гор, — объяснил Саб. — Сокол. Идеалист и романтик, но с принципами.

— Чтобы одержать победу в нижней войне, мы обязаны вытянуть местное население на максимально высокий уровень. Просвещенные поймут, чья сторона для них действительно выгодна, и сулит в будущем лишь выигрыш.

— Но Яхве предлагает им другой путь, — пожала плечами Маат. — Гораздо более простой. Из-за простоты по нему столь охотно все и движутся. Размножайся, ешь, работай, люби бога. Познание — зло, думать вредно. Удобно, правда? Это мы понимаем, что познание — прежде всего, тяжкий труд, который способен куда-то привести, а Яхве…

— Яхве претендует на абсолютную истину, — до этого момента молчавший Ра тоже поднялся с кресла. — И, боюсь, он выбрал беспроигрышный путь. Все положительные моменты он причисляет к своим деяниям, якобы это он сделал то хорошее, что произошло. Все отрицательные моменты — это происки конкурентов-богов, или, проще говоря, дьявола. Сеть осведомителей у него огромная. Их полно даже у нас…

— Не стоит сеять панику среди наших народов, папа, — попросила Маат. — Если сейчас начнется поиск засланных, улицы быстро окрасит кровь. Можно попробовать вычислять и изгонять потихоньку, это единственное, что приходит мне в голову.

— Чем он их покупает? — мрачно поинтересовался Гор.

— Надо меньше проводить время дома, Гор. Деньги. Изначально — деньги. Точнее, материальная награда в этой жизни, даже не в посмертии. Его приверженцы первой волны — чаще всего обеспеченные небедные граждане, у которых есть какая-то небольшая проблема. Например, семья процветает, а наследника всё нет… — принялся объяснять Ра.

Ит вспомнил несчастного Наэля, и его передернуло.

— Или — вчера еще было всё, а сегодня повисла угроза разорения. Вот таким Яхве через агентов «оказывает милость», подкидывает способ родить наследника, или на пороге дома разоряющегося появляется требуемая сумма, или выздоравливает кто-то безнадежный вроде бы больной… и всё, адепт готов. Этакое маленькое чудо, причем всегда оговаривается момент, что чудо будет единовременное. Но очень своевременное. Адепт начинает индуцировать окружающих — и через год приверженцев Яхве, ждущих такого же чуда, вокруг адепта будет уже несколько десятков. Но сейчас они пошли дальше. Можно обойтись и без чуда, точнее, пряник, подачка, теперь сменяется кнутом. Если ты что-то не сделаешь, с тобой ничего не сделают. Тебя не накажут. Парадокс, но адептов становится еще больше. Алчность и страх всегда ходят рука об руку.