— Должны, — кивнул Ит. — И что?

— Можно попробовать перехватить их передачи, — усмехнулся Скрипач.

— Для этого надо сначала вычитать их общие соглашения, вдруг это будет нарушением каким-нибудь, — возразил Ит. — Как бы выяснить, что такое «нижняя война»… Местные, воюющие с местными? Или что-то посерьезнее?

— Выясним, — отмахнулся Скрипач. — Пошли плавать.

* * *

Вечером Саб так и не вернулся. Скрипач попробовал было сбросить ему запрос, но система запрос проигнорировала — по всей видимости, Саб ограничил доступ. Поняв, что до утра он точно не вернется, занялись архивом: решили проверить, что Эри записывала на счет религии, и записывала ли вообще. Дубль ее бумажного архива они получили, когда покидали Мелтин, на этом настоял Скрипач, и сейчас этот дубль оказался весьма кстати — равно как и свои собственные сохраненные считки.

Да, Эри писала об этом. И не единожды. В ее архиве присутствовали в изобилии метки-маркеры, указывающие на общность направления и этапов развития религии — рай, ад, Голгофа, искупление — всё это совпадало до малейших деталей. И — чудовищно искаженное, алогичное, уродливое понятие греха.

Эти двое, живя в своем персональном аду, считали грешниками — себя. Мальчишки, за свою жизнь не успевшие сделать ничего по-настоящему дурного (глупые шутки не в счет) оказались настолько сильно заморочены и запуганы, что свою попытку доискаться до правды — по сути, раскрыть чужое преступление — сочли страшнейшим грехом… который на самом деле сами себе выдумали.

Ит и Скрипач раз за разом просматривали модель чужой жизни.

Пятый и Лин.

Появление на свет на Окисте — им сразу дается искаженное понятие о части их расовой принадлежности. Сразу. Но психика штука гибкая, она так просто не ломается.

Дальше — инцидент во время помолвки Лина. Компания молодежи находит бункер, и отпускает на волю находившихся там людей. Людей родом с Земли, что интересно. Очень добрая молодежь: отвезли к транспортникам, за свои деньги отправили… недорогой проход, а на группу еще и со скидкой. Поступок добропорядочных мальчишек.

Дальше — суд. Полное непонимание происходящего, закрытый суд, и высылка. Им ничего не объяснили. Практически — ничего. Совершенно чудовищная и алогичная ситуация… но они настолько верили в непогрешимость «старших», что безропотно приняли наказание, даже не поняв и части его сути.

Дальше — перехват. То, что Берта в своё время назвала перехватом, но был ли это перехват в полном смысле этого слова, до сих пор неясно. Нет данных. В любом случае, вот эти мальчишки оказываются в руках тех, кто, как им кажется, хочет их использовать, и…