В общем, идёт нормальный творческий процесс. И самое главное, что оный процесс запущен и выполняется без меня. Есть ответственные люди, кто его контролирует, есть те, кто следит за информацией и курирует инфополе, есть те, кто отвечает за поставки и снабжение. Максвелл со своей стороны эту ночь провёл на работе, в здании МИДа, его наскоро набранная команда сутки не спала, бегая в мыле. Коммюнике в стиле «Обезьяны с большой буквы» реально пишут пачками, через них на нас выходят серьёзные люди, но пока там процесс также рабочий, сложный, пока без прогнозов. Главный вывод — мы справляемся! И это здорово на самом деле. Страна вышла из точки бифуркации, вектор движения выбран, можно сложить геройские полномочия и заниматься рутиной. Свои проекты доведу — я ж и журналистов хотел прижать, и Сенат всё ещё окружён, там сидят мятежники, и пара войсковых частей слоняется по планете и шлёт по матушке наш генштаб… Но это всё потом, всё решаемо. Пока же, действительно, нужно сделать главное из того, что осталось. К чему всё шло с момента, как я постучался в Восточные ворота, попросив связаться с «кем-нибудь из ангелов».

Пока ехали, новой инфы не упало, но оно и не нужно — всё и так понятно. Можно заняться личным. Позвонил Фрейе, сказал, что люблю, и что она нужна мне.

— Сейчас приеду — будь готова. Сходим в одно место. — Подмигнул ей. — Не надолго. Но для меня очень важно.

— Форма одежды? — нахмурилась она, чувствуя что-то, но, наверное, сама себе не верила, что такое возможно прямо сегодня.

— Любая. Ты в любой прекрасна! — похвалил я, и делал это искренне.

— Но кто там будет, ради кого стараться? — Нахмурилась, но глазки бегают. Точно, знает! Подозревает как минимум.

— Только ты и я. Ради меня постараешься?

Улыбка. Люблю её улыбку.

— Хорошо, Хуан. — Сдалась, опала. — Но вначале условия: навестим Сирену. Я у неё днём была, трепались за жизнь. Рассказывала ей, как до такой жизни докатились. Теперь давай вдвоём.

— Подготавливала старушку к общению со мной? — поддел я. — Чтоб потом удар не хватил?

— Какая она старушка! — непритворно фыркнула Фрейя. — Она ещё молодым фору даст. — Пауза, и согласие. — Да, пробивала почву — что она знает, что уже успела нарыть, и как ей преподнесли.

— Не вопрос. Надо — так надо. — Я был не против. — Еду по земле, скоро буду, жди.

Прикрыл глаза, вспоминая утро. Кольцо, которое картинно, при охране и слугах положила передо мной на стол Роза в столовой. Молча сделала это и ушла, вот таким единственным доступным способом выражая их общее недовольство моим решением. О чём-то щебечущая Изабелла тут же сдулась, напряглась… И всё поняла.