Доедали после этого молча, после чего она поманила назад, в спальню.

— Ничего не хочешь мне сказать? — упёрла руки в бока, глаза грозные… Но вот-вот расплачется, держится из последних сил.

Подошёл. Провёл ей по волосам.

— Я тебя не отпущу, не надейся. Для нас ничего не изменится. Но официальным мужем я должен стать её.

— Я… — Слёзы. Абсолютное оружие женщин. Но сейчас они не могли ей помочь.

— Прости. — Развернулся уходить, сбегая, пока не началось, но она окликнула:

— Стой!

Развернулся… И младшее высочество неожиданно для меня утонула в моих объятьях.

— Я, наверное, просто эгоистка, — прошептала она через время. — Но я всё понимаю, Хуан, ты не думай. Так правильно. Просто… Мне сложно. Но я приму. Просто… — Всхлип. — Просто не бросай меня!!!

— И не подумаю. — Прижал покрепче.

— И когда я буду тебя ругать, и говорить, что между нами всё кончено — не верь мне. Хорошо? Это я просто буду злая. А так я тебя всё равно люблю. Не уходи к ней.

Погладил её по голове, и отстранился. Это надо просто пережить, иного лекарства нет.

— Везучая, сучка! — буркнула вслед Бельчонок.

Разведка доложила, Бэль в ауте. В смысле, забухала. Сам на сам пила в одной из оранжерей, плакала. Света оттранспортировала её тушку к ней в комнату — сейчас спит. Ну что ж, может оно и к лучшему?

— Привет! — Фрейя встречала на входе. Нежно-голубое вечернее платье, почти в пол, голые руки, открытая спина. Красиво! Потянувшись целовать, подняла ножку, согнув сзади в колене — смотрелось миленько. — Пошли?

— Пошли.

— Волнуешься? — задала она вопрос, когда мы уже ехали в лифте вниз, в медблок.

— Если честно, немного, — признался я.

— Она не будет ругаться, — развеяла сомнения Фрейя и крепче взяла под руку. — Я с нею сегодня долго разговаривала. Она, конечно, не как тётя Елена, многого принять не сможет, но сказала, что раз это работает — кто она такая, чтобы отчитывать?

Это хорошо. А то я и не знаю, как отшивать бабушку, если заартачится и начнёт качать права.

— А что по войне сказала? По обеим войнам?

Мышонок нахмурила мордочку.

— Сам спросишь.

Медблок. Каюта… Или палата? Как тут правильно? ВИП — палата, с охранниками на входе. Вошли.

Что сказать, неплохо бабуля устроилась! Шикарная кровать, больничная пижама, сама сидит вертикально, подложив подушки под спину. И вид ну совсем не как у человека, только что вышедшего из комы! Бодренькая такая, живчик, аж зло берёт!

— А-а-а-а-а… — завис я.

— Здравствуй, Хуан, — подняла она глаза — что-то читала на ручной планшетке. Которую погасила и откинула в сторону. — Да, Фрейю попросила тебе не говорить. Я уже давно вышла из комы. Можно сказать, уже адаптировалась.