— И всё же я это сделаю, — усмехнулся я, наблюдая за реакцией прожженного наёмника. — Так надо, так правильнее.

— Шимановский, ты дурак? Скажи честно? — поднял тот глаза. — Тебя не просто под пенобетон закатают! А предварительно поглумившись. Это ты понимаешь? Давай, не дури, вали на нас — я всё подтвержу. Без перебора, мы тоже не всесильны, вот об этом я и хотел поговорить. Но после с тебя шоколадные контракты от Короны на льготных условиях.

Я молчал.

— Да, там хренова тучаэтих … — Слово «этих» собеседник презрительно выплюнул. — Но там были женщины и дети. И их там было МНОГО. Это конец, бро.

— Знаешь, как сделать так, чтобы о маленьком преступлении никто не говорил и не вспоминал? — парировал я.

— Совершить после него большое? — А он мыслит в верном направлении!

— Именно, Феникс. Именно. Давай, закругляемся, и покажу тебе высший пилотаж искусства вселения ужаса в целевой контингент. Просто поверь, У МЕНЯ всё получится. Ни у кого не получится, а у меня — да. При этом то, что будущий консорт, вообще не будет иметь значение, и не вспомнят… Ну, по крайней мере сразу.

— Давай так, спорить не буду, но реально посмотрю, что ты там навертишь, — усмехнулся Этьен и отбросил в сторону окурок. Я докурил и последовал его примеру. Да, нельзя мусорить, нехорошо, но как-то… Не до этого было.

Штаб. Вошли маршем победителей. По пути договорились, кто что делает, в смысле он должен собрать ребят, кто в строю, и дать им новую вводную, что будем делать сейчас. У них всего два меха, но больше и не надо — можно даже сказать, что АЖ два меха. Кивнул — мол, иди, выполняй. И Этьен пошёл. Я же подошёл к безопасникам.

— Как дела?

Отчёты, подробные и скрупулёзные. Всем было не по себе, но работу надо делать, за нас её никто не выполнит. Прав кто-то, виноват — всё потом. Будут комиссии, разбирательства, будут выводы и инструкции, но только когда всё придёт в норму. Сейчас же я — их начальство, другого нет, и, несмотря на экспрессию и местами детсад в заднице, не так ваш покорный слуга и плох на самом деле.

— С этим ясно. Всех, кто интересен, из ангара вывели?

— К сожалению, многие нужные погибли, — устало скривился куратор от ведомства тётушки. — А некоторых вроде как вытащили… Фрагментарно. Но отдельные фрагменты решили, что им на этом свете не интересно, и медики оказались бессильны. Но да, внутри интересных нам в живом состоянии не осталось.

— Это хорошо. Того говнюка нашли? — А это куратору от «трёшки».

Тот не стал переспрашивать «какого говнюка», всё понял. Кивнул.

— Да. И я взял смелость послать за ним своих ребят без приказа. Он здесь, его смена. Скоро приведут.