— А я пока сомневаюсь. У меня дядю расщепило, когда он к нам аппарировал. Как сейчас картина перед глазами стоит, когда на крыльцо только левая половина туловища переместилась, — поделилась японка.
— Эльза, это ужасно. Его хоть спасли?
— Не успели. Дома были только я и бабушка, а она у меня сквиб. Пока родителям через камин докричались, спасать уже некого было, — с печалью в голосе сказала брюнетка.
— Прими мои соболезнования. Как же ты это пережила? — Поинтересовалась я, обнимая подругу, в попытке оказать ей поддержку.
— Плохо, — призналась Сато. — Я потом месяц на крыльцо выходить боялась и кошмары еще полгода снились. Меня к целителям водили. Вроде помогло, но аппарировать я боюсь. Даже портключами не пользуюсь.
Свой страх Эльза так и не переборола. Поэтому на уроки аппарации ходили только я и Мих. Ему, как будущему воину и телохранителю такой навык был жизненно необходим. Я же просто хотела свободы перемещения. Хотя после рассказа японки идти на первое занятие было страшно.
Боялась я зря. Мистер Брикс, присланный из Портального отдела министерства, знал свое дело на отлично, и через две недели, мы уже уверенно перемещались из одного конца кабинета ЗОТИ в другой. А еще через три дня успешно сдали экзамен и получили лицензию на аппарацию на красивом пергаменте с большой сургучной печатью.
— Выглядит, как королевский указ, — пошутил Михаэль, сворачивая свой экземпляр лицензии. — Гермиона, может зря мы с тобой Сато попробовать не уговорили? Она ведьма сильная, я уверен, она бы справилась. Переборола бы свой страх как-нибудь.
— Нет, Мих, не зря. Если есть психологический барьер, то его так просто не сломать. Я видела, как двухметровые амбалы сознание теряли от одного вида шприца в руках медсестры. Казалось бы, взрослый мужик, и прекрасно знает, что укол — это ерунда, а сделать с собой ничего не может и боится до трясучки и истерики. Так что не стоит недооценивать страх.
— Не врешь? — С сомнением протянул Бонаккорд. Я в ответ отрицательно покачала головой.
— Если б Эльза в самый ответственный момент запаниковала и потеряла концентрацию, была бы беда, — уверенно заявила я. Француз спорить не стал, потому что уже знал, что мои родители были врачами. Даже интересовался у меня магловскими способами лечения и даже немного разбирался в простых терминах, вроде «шприца» или «скальпеля».
4
К концу марта в Ильверморни явилась целая делегация. Десяток магов с военной выправкой и в форменных серых мундирах, с которыми я раньше не встречалась. Благообразный старичок в шляпе, напоминающей поникшую поганку. Пузач в котелке, в котором сразу угадывался представитель власти. И уже знакомый мне усач из «Ведьминого котелка».