Крана поворачивается к Змейке, серьёзно и торжественно восклицает:

— Теперь ты наш друг, Горгона!

Но Змейка даже не слушает. Словно ничего важного не произошло, она хватает мешок с кофе и волоком тащит его к выходу.

Крана растерянно бросает ей вслед:

— Куда ты⁈

Змейка, не оборачиваясь, спокойно порыкивает:

— На куххххню. Варрить кофе мазаке, фака.

И исчезает за дверью, оставляя после себя ошарашенных гвардейцев и пару трупов на полу.

* * *

Ночь провожу в замке Шах. Приходится делить спальню с Айрой — выбора не оставляют: королева Крана выделила нам одну комнату на двоих. Переговоры с Герпесом затянулись до ночи. К тому моменту, когда Змейка устраивает себе ночное приключение, охотясь на местных воров, у меня уже ни сил, ни желания разбираться, что именно она там нашла, не остаётся. Проваливаюсь в сон, едва коснувшись подушки.

На рассвете поднимаюсь — мир за окном ещё бледный, в дымке, будто только собирается проснуться. Выкарабкавшись из-под разлегшейся на мне Айры, ухожу в смежную комнату. Пол застелен циновкой, и я привычно опускаюсь в позу лотоса. Мгновение — и проваливаюсь в медитацию. Внутри — тишина, снаружи — редкие звуки замка: скрип шагов, далёкий шум кухни, а также перестук деревянных мечей во дворе.

Связываюсь с Легионом. Ментальный канал щёлкает — появляется Воронов:

— Некромантов уже прилично набралось, — говорю я, прогуливаясь с ним по галерее Бастиона. — Пора бы назначить трибуна когорты «Некромантии».

Воронов разводит руками:

— Шеф, а кого ставить? Самый опытный вроде бы этот король Дебин, но он трусоват. Да и в целом не фонтан.

Я хмыкаю:

— В первую очередь нужен опыт, а Дебин и правда знающий некромант, несмотря на прочие недостатки. Наблюдай за ним. Решим по ходу дела. Возможно, он захочет взяться за ум.

Связь обрывается. Я глубоко выдыхаю, выпрямляюсь и неторопливо заканчиваю медитацию. Возвращаюсь в спальню — в постели Айры уже нет. Видимо, проснулась и ушла тихо, чтобы не мешать моим занятиям.

Одеваюсь, накидываю на плечи камуфляжную куртку без разгрузки и спускаюсь вниз. Кухней это назвать сложно — скорее, столовая: несколько просторных комнат, заставленных тяжёлыми столами, с длинными лавками и занавешенными окнами.

Мои сидят в первой комнате. Гюрза, как всегда безупречно выглядящая, обхватила глиняную кружку двумя ладонями и потягивает кофе, будто греет пальцы. Ледзор рядом ковыряет пирог, задумчиво поглядывая в окно. Также из угощения есть бублики и коржики.

Из стены с лёгким щелчком выскальзывает Змейка. В когтистой руке — кружка. Подходит ко мне и, будто вручая королевский трофей, протягивает: