— Мазака, кофе, фака, — заявляет с серьёзным видом, а медные когти у неё в засохшей крови вчерашних воров.

— Милая, спасибо, а ты сходи помойся, — указываю хищнице на необходимость позаботиться о внешнем виде. Незачем пугать шакхаров видом окровавленных горгоновских когтей.

Усаживаюсь напротив Гюрзы и попиваю безупречное латте. Вспоминаю про зёрна, которые хищница ночью добыла. Вот и пригодились.

Как Змейка вообще умудряется варить латте будто из кофемашинки? Ломтик, если напитки переносит, обязательно что-нибудь прольёт — с ним только термос использовать. А Змейка? Подаёт кофе идеально горячим в чашках или кружках. Значит, сговориться они никак не могли. Если только Змейка не переливает кофе из термоса в чашки и не разогревает. Но это ж глупость какая-то.

Оглядываю Гюрзу, сегодня очень тихую. В её зелёных глазах — печаль, тщательно спрятанная за привычной отстранённостью. Леди-дроу явно чем-то расстроена.

— Леди…

— Да, король? — тут же откликается она, вскинув подбородок, и мы пересекаемся взглядами. — Всё у вас хорошо?

— У меня — вполне, а вы как себя чувствуете? — удивляюсь вопросу.

Гюрза поджимает губы, бросая на морхала взгляд. Ледзор замечает её неловкость — как-никак морхал опытный дед. Хмыкает, качает головой:

— Хо-хо, пойду-ка я разомнусь во дворе. Авось кто-то из местных молодцов-шакхаров согласится на спарринг.

Не дожидаясь ответа, поднимается, прихватывает с собой недоеденный пирог и уходит, без стука прикрыв дверь.

Я отпиваю глоток кофе и, помолчав немного, спрашиваю:

— Леди Гюрза, а вы, кажется, грустите. Шах вам так сильно не понравился?

Она отвечает не сразу. Опустив голову, вертит в руках свою кружку. Потом медленно говорит:

— Наоборот. Шах вполне пришёлся мне по душе своей аскетичностью. Да и почти всё путешествие было полно приятных впечатлений, несмотря на весомые риски для жизни, но рядом с вами они как-то даже не чувствовались. Разве что в Первозданной Тьме мне было очень неуютно по понятной причине, — она бросает на меня быстрый взгляд, — но остальное путешествие оказалось неожиданно комфортным и даже интересным.

Она замолкает. Леди явно тянет время — а иначе зачем заливать мне о комфорте путешествия, когда оно в самом разгаре… А-а-а, вот в чём дело. Леди прощается.

Гюрза добавляет, чуть тише:

— Просто отец вызывает меня в Примолодье.

Я киваю, восприняв это как обычную формальность:

— Ну так портальный камень быстро доставит вас домой. Без особых неудобств.

Гюрза хмурится, заметная тень пробегает по лицу. Она укоризненно смотрит на меня, словно на наивного мальчишку: