— Мазака!

Из каменной площадки, прямо у ног некромантов, вылезают четыре когтистые руки. Медные когти вспыхивают. Руки вращаются с такой скоростью, что воздух свистит — как мясорубка, как вихрь из меди. Троим некромантам отсекает ступни, они падают, ну а дальше когти уже рубят им шеи и лица. Оставшиеся только успевают испугаться — и я накрываю их псионической волной. Да, всё так просто, без излишеств, в этот раз. Некроманты очень уязвимы к телепатии, ведь у них нет стихийных доспехов и нечем прикрыться от псионики.

Присаживаюсь на корточки над умирающими горе-переговорщиками. Закрываю глаза. Обхватываю их сознания и притягиваю к себе в голову. Мгновение — и некроманты уже добавлены в Легион.

Неплохое пополнение Когорты Некромантов.

Открываю глаза.

— А теперь — во дворец, — говорю.

Спустя минуту взбираемся со спутниками обратно на пауков. Не забываю и про полсотни мертвецов, что рухнули на землю, едва некроманты померли. Теперь уже я их поднимаю. Нежить встаёт, кряхтя и рыча, и топает в сторону дворца. А впереди всех мертвецы уже двигаются — и тела самих некромантов с костяными мечами в руках.

Хорошо быть телепатом. Но ещё лучше быть телепатом с Легионом.

Мертвецы идут впереди, теневые пауки с всадниками — следом. Гюрза сидит на моём же Магнитик, почти вплотную ко мне, хотя спина у зверюшки широкая, есть где рассесться. Капюшон спортивной куртки девушки откинут назад, ветер треплет чёрные волосы с единственной алой прядью. Она поправляет застёжку куртки, и жест кажется случайным — но в этот момент ткань чуть приоткрывается, создавая тонкий, но явный намёк на декольте.

— Король Данила, а вы, оказывается, всё же ещё и некромант, — произносит леди, не глядя прямо, а будто в сторону.

— Я много кто, леди, — спокойно отвечаю. Похоже, мы снова перешли на титулы, что логично — Лабиринт остался позади.

Гюрза кивает, как будто подтверждая для себя нечто уже очевидное.

— Я вижу. Думаю, вашим детям очень повезёт.

Я моргаю.

— Не понял. Это сейчас к чему?

— У вас куча Даров. И вы знаете, как с ними обращаться. А значит, отлично понимаете других магов, не менталистов. Это огромный подарок для ваших детей, которые унаследуют разные способности от своих матерей. — Она замолкает на секунду, потом добавляет, уже тише: — Я по себе знаю, как это важно. Моя мама умерла, когда я была маленькая. Как итог, меня воспитывал отец-друид. А я менталистка. Он не понимал, что со мной нужно по-другому обращаться, не так, как он любит. Не понимал, что я не могу часами бродить с ним по лесу. Он считал, что я плохая дочь. А мне было… больно.