И тут приходит новая проблема: гидроакустический удар. От молний по воде расходятся волны давления, такие мощные, что «Жнеца» подкидывает в сторону, словно под напором. Корабль стонет под напором, броня дрожит.

Я сосредотачиваюсь, улучшаю геномантией барабанные перепонки и на слух, на вибрациях корпуса, начинаю ловить направление ударов, чтобы не угодить под них. Значит, нам — вон туда, наискось и поглубже. Где вода спокойнее, где нет этой чёртовой взвеси.

Корабль тяжело оседает, слушается. Мы идём вглубь, в безопасные воды.

Шторм позади. А впереди мелькают и первые глубинные рыбы.

Гюрза уже незаметно ушла, видимо, поняв, что я занят. Поднимаюсь в общую каюту для досуга. Стены вокруг чуть подрагивают — «Жнец» всё ещё пробирается сквозь остатки штормового мусора, но уже спокойнее.

Мои спутники сидят в темноте. Включаюсь в дело: вытягиваю руку и разжигаю светильники. Они здесь старого образца, с сырыми фитилями из-за постоянных спусков в воду — чтобы зажечь, нужен Дар Огня. Пламя, треснув, оживает, и в каюте сразу становится теплее, уютнее.

— Ну что? Перекусим? — предлагаю.

С Ломтиком достать перекус не проблема. Малой доставляет нам бутыли минеральной воды, пачки чипсов, плитки шоколада, рулетики. Айра тут же подскакивает и принимается раскладывать всё это на столе. Я не против её роли хозяйки.

Краем глаза замечаю, как Второй — один из гомункулов — сразу тянется к еде своими короткими, но поразительно цепкими ручищами. Особенно к шоколадкам. Ну ещё бы — для них сладкое как наркотик.

— Эй, тебе-то куда ещё? — поражаюсь искренне.

Второй вздрагивает, дёргает руку назад, будто обжёгся, и виновато смотрит на меня снизу вверх. Глаза огромные, круглые, как у побитого кота. Ну хоть послушный.

— Хо-хо, правильно граф говорит, — Одиннадцатипалый хлопает гомункула по спине так, что тот весь сотрясается. — Тренируйте силу воли! Вы ведь Морозная гвардия!

Пока остальные разбирают провизию, я присаживаюсь на табуретку и прикрываю глаза. Связываюсь с ближайшими рыбами в округе. Они шныряют рядом, как живые маркеры — чувствуют течение, песчаную взвесь, глухой гул штормового поля вдали. Подключаюсь к их простеньким, но надёжным сознаниям. Вижу их глазами: мутная вода становится чуть чище, дальше — сероватая мгла, но шторм уже явно отступает.

Хорошо. Есть куда двигаться.

Передаю направление «Жнецу», корректирую курс. Лёгкая поправка — и корабль должен пойти почище, выйти из этой киселя обратно в нормальные воды.

Только собираюсь отлепиться от стула — и тут «Жнец» резко тормозит. Даже не просто тормозит — будто врезается в нечто тяжёлое и вязкое.