— Ваше Величество? А почему вы не принимаете участие в битве? — удивилась Ольга, не опуская микрофон.

— Как это не принимаю⁈ Я в самой гуще событий, в огненном аду! — пафосно провозгласил Цезарь. — Я рискую собой ради великого искусства и памяти человечества! Это беспрецедентный акт моего личного мужества!

— Но почему вы тогда стояли там, за кордоном? — Ольга едва сдерживала иронию.

Цезарь на секунду замялся, но тут же нашелся:

— Я… сдал смену! Знаете, скольких я там положил? Ого-го! Моя рука просто устала разить врагов!

В этот миг с неба камнем спикировал крылатый Демон, похожий на стервятник. Вместо того чтобы скастовать одну из убийственных техник, Цезарь поспешно окутался мерцающим доспехом и попытался зарыться в строй рептилоидов, скрываясь за их чешуйчатыми спинами.

Ольга ехидно уточнила специально на камеру:

— Куда же вы, Ваше Величество? Демон в другой стороне.

— Мне нужно на… экстренное совещание! Дела государственной важности не ждут! — прокричал Цезарь, уже припуская в сторону ближайшего переулка так, что только полы тоги засверкали.

Ольга лишь хмыкнула. Пока рептилоиды слаженно блокировали тварь, она коротким жестом скастовала Световое копье и точным, выверенным ударом пришпилила Демона к асфальту, оборвав его визг на полуслове. Тренировки с люменом не прошли даром. Даня подобрал ей отличного наставника.

— Ваше Высочество, пора уходить, — пробасил старший рептилоид Дас. — Сейчас полезут твари покрупнее.

И они действительно полезли. Но стоило огромным теням накрыть набережную, как в воздухе материализовался Данила. С чашкой кофе в одной руке, он лениво махнул другой — и мощная псионическая волна в мгновение ока испепелила нападающих. Телепат, даже не сбавив шага, пошел дальше, меланхолично попивая крепкий напиток и скучающе глядя на далекие звезды, словно и не заметил короткой расправы.

— Снято! — выдохнула Ольга и победно улыбнулась. Свою роль пресс-секретаря мужниного рода на сегодня она выполнила отлично. А завтра она сама уже станет сенсацией как новая королева Вещих-Филиновых.

* * *

Колокола на колокольне Ивана Великого бьют так неистово, что их гул перекрывает даже далекую канонаду, доносящуюся с окраины. Я стою у алтаря, а Булграмм в расшитых одеждах священника то и дело поглаживает свой отполированный рог — кажется, тавр волнуется больше всех присутствующих.

Церемонию ведет не какой-то случайный поп, а лично Великогорыч. Рогатый воевода подошел к делу со всей серьезностью и даже умудрился получить официальный церковный сан, так что всё по чести. Только вот тяжелые ладони у рогатого тавра заметно подрагивают.