— Анатолий Иванович, я схожу выпью кофе, может и вам принести?
— Нет, спасибо, я больше по водке, — отшутился Вельш. Уже порядочно отдалившись, своим суперслухом услышал, как белорус поинтересовался какова я постели. "Девка огонь',- слова Вельша расслышал с трудом, гомон и шаги идущих за кофе мешали. Удивительно, но зачастую мужчины лгут с такой легкостью, хотя никто их не обязывает. Что мешало тому же Генеральному ответить, что у нас строго деловые отношения? Скорей всего он побоялся упасть в газах собеседника, потому и соврал, даже не думая, что я могу услышать.
Китайская сторона не рассчитала количество посуды на количество людей: свободных чашек уже не было. Вздохнув, я развернулся и едва не облил себя кофе — китаец лет сорока улыбаясь, протягивал мне напиток.
— В Китае всегда так, не понимают, что европейцы любят кофе. Прошу вас, мисс, возьмите мой кофе, я его только налил.
— Спасибо, — на автомате протянул руку, не сводя глаз с сердобольного китайца.
— Позвольте представиться, — мужчина галантно наклонил голову, меня зовут…
«Тао Хан», — успел его опередить мой внутренний голос…
Глава 10 Поцелуй Кибелы
В течении первого дня симпозиума, Тао Хань еще дважды попался мне на глаза. Впрочем, трудно не заметить человека, прилагающего все усилия, чтобы попасться на глаза. Проскурнов оказался прав — Тао был сражен наповал, это читалось в его узких сероватого цвета глазах. Но трудно было ожидать, что сам шпион может произвести благоприятное впечатление — Тао был на полголовы ниже меня, субтильного телосложения с нездоровым серым цветом кожи. Меня даже внутренне передернуло, представив, что придется поцеловать его в узкие бледные губы.
«Будь ты проклят»,- послал мысленное проклятие в адрес Проскурнова, изнасиловавшего мой внутренний мир своим долбанным экспериментом. Ведь жил же себе спокойно — девушки, пьянки, машины, непыльная работа. И пусть вершин ни в чем не достигал, но, чтобы вернуться в мужское тело, готов был пожертвовать руку и ногу. В конце концов биопротезы в наше время нисколько не уступают родным органам.
Тао кивком головы приветствовал меня по окончанию первого дня: он специально расположился так, что все выходящие из конференц-зала проходили мимо него. Кроме него, я для себя определил еще двоих сотрудников спецслужб — один выполнял роль официанта, второй, со скучающим видом, изображал секьюрити. Вернувшись в номер, разлегся на кровати — впереди еще три дня симпозиума, за которые надо успеть отравить Тао. Секретный яд по словам Проскурнова начнет действовать не раньше десяти дней, за это время мы успеем вернуться в Москву. Самым трудным был предстоящий поцелуй — это не поцелуй с касанием. Надо чтобы яд всосался в слизистую губ китайца. Почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота при мысли о предстоящем действии. Хорошо хоть спать с ним не потребовал генерал, этот барьер преступить я не смог бы даже выполняя задание.