— Ты так уверена, что я продолжу, и даже не попытаешься меня остановить? — невинным голосом поинтересовался я.

Она обернулась, посмотрев долгим взглядом, затем покачала головой:

— Такие, как ты, не успокаиваются. И не останавливаются. И… я слишком уважаю твоё стремление. Поэтому лучше уж со мной, чем без меня. Так ты, по крайней мере, останешься жив.

— И когда начнём?

— Могу первый урок провести прямо здесь.

Стрельбище было редко посещаемой частью полигона при поместье. Огороженное деревянным высоким забором, и вправду позволяло проводить такие занятия скрытно от посторонних. И я, не став долго раздумывать, кивнул:

— Хорошо, готов.

Сбросил на стол ружьё, вышел на середину стрельбища, подумав, расстегнул и скинул с плеч куртку. Алёнова тоже сняла свою, оставаясь в туго обтянувшей крепкий торс маечке, под которой виднелись небольшие, но отчётливо прорисованные мышцы. Если я правильно помнил, ей было что-то около пятидесяти, но уровень крепкой Колдуньи позволял выглядеть максимум на тридцать.

Остановившись напротив меня, она произнесла:

— Особенность Системы, что манипуляции почти незаметны и неожиданны. Слабый одарённый может подобраться к объекту, используя или фактор внезапности или внедрившись в его окружение и усыпив бдительность. При этом, воздействие до последнего должно быть неожиданностью для противника, чтобы он не успел среагировать. А в идеале, вообще не понял, что с ним произошло…

— Ты мне это рассказываешь, потому что… — сделал акцент я на последнем слове, пристально глядя на воеводу.

— Чтобы ты понял, что это не просто государственный секрет. Это то, в отношении чего стараются делать вид, что его просто не существует. Никто никогда и нигде не скажет, что подобное применяется, и тем более применяется охранкой. Поэтому ты должен чётко понимать: если когда-нибудь придётся Систему использовать, никто не должен понять, что это было, и кто тому причина. Либо, — голос женщины стал жёстким, — свидетелей этому не должно остаться.

Я незаметно для неё вздохнул. Вот так пытаешься развиваться, опытным путём находишь что-то перспективное, а потом оказывается, что это чуть ли не самый строгий секрет, который не то что использовать и говорить-то чревато.

— Но даже после такого ты не отступишься, — вновь произнесла Алёнова, и я только коротко кивнул.

Да, с этим козырем надо быть очень внимательным. Но очень может быть, когда-нибудь именно эти знания спасут мне жизнь.

— Хорошо, — женщина собралась и продолжила. — Во-первых, подобные магические манипуляции в системе называются знаками. Никогда не применяй на себе. Последствия бывают очень своеобразны.