— Ага, ни разу пажов не видела.
— Красивый. Вот бы с ним…
— Ха, губу закатай. Где ты, а где он. Да и, говорят, сама их высочество на него глаз положила.
— Небось кувыркается с ним кажный вечер.
— А ну цыц! раскудахтались, фельдебель идёт. Услышит, что ты про царскую фамилью болтаешь, таких трындюлей даст!
— Да молчу я, молчу.
* * *
— Дамы, и как вам новое увлечение её высочества?
— Увлечение? Просто за увлечение придворный чин не дают. Вот увидите, дамы, скоро о юном княжиче заговорят как о новом фаворите.
— Да? А мне казалось, не по этому к нему столь благосклонны. Парень умеет зачаровывать пули и весьма метко стреляет из ружья.
— О да, я уверена, из своего ружья он стреляет очень метко, если вы понимаете, о чём я. И не по одному разу.
— Ну как обычно, поручица Ржевская, стоило вам появиться в официрском собрании, как вы сразу всё опошлили.
— Ничуть, дамы, я просто честна сама с собой. Будь княжич моим, я бы каждую ночь заставляла его выпускать весь свой боезапас.
— Так, дамы, во-первых, хватит, а во-вторых, вон там поручица Деева, родная сестра княжича и только сегодня дважды чуть не дошло до дуэли на магии. А если дойдёт, её высочество непременно поинтересуется причиной. А крутой нрав госпожи все знают.
— Кхым, кхым… Но всё же, княжич горячая штучка, ответственно вам заявляю.
— Поручица!
Глава 20
Разрешение своё профессора получила. Правда и сама Ольга тоже непременно захотела присутствовать. Ну мне от этого не жарко и не холодно, поэтому я, вместе с адъютаной пошёл к гарнизонной каптенармус, за полевым снаряжением. Не в брюках же и рубашке там бегать, право слово. Да и пажеское тоже не подходило, тем более, что его ещё не успели пошить.
Вещевой склад находился в длинном приземистом кирпичном здании прилепившемся к западной стене крепости. Что логично, ведь основная угроза идёт от портала с востока.
Спустившись по ступеням на полэтажа вниз, мы оказались небольшом тамбуре, отделённом от остального помещения железной решёткой, с оконцем перекрытым стальным листом. В открытом положении лист закреплялся параллельно полу и служил чем-то вроде полки, на которую можно было выкладывать всё необходимое.
— Так-так, кто к нам пожаловал? — услышал я низкий женский голос отдававшийся эхом в каменных сводах, а за решеткой показалось натурально бочкообразное тело. Я даже поразился, как, при такой комплекции, каптенармус вообще могла протиснуться между складских стеллажей и пирамид различных ящиков и мешков. Но как-то протискивалась, судя по всему. Не иначе как магией.
— Я тебя сейчас так пожалую, дура, — рявкнула до этого весьма молчаливая адъютана, —