— Зачистили дворы, но третьему не повезло. Коробочку разобрало, три холодных.

— Ёкала мане! — не сдержался сержант.

— Кисель Варягу, отбой связи.

Белозерцев успел отдышаться и набить патронами все магазины, затем подумал и прошелся по комнатам, собрав там еще шесть, но уже металлических. Набил их патронами, распихав кое-как по карманам.

— Что в бою взято — свято.

Заметил его движняк минер. Второй номер «Кувалды» притащил из дальней комнаты трофейный пистолет-пулемет и радостно показал товарищам.

— Смотри, настоящий Узи!

— У срулей отобрали? Андрей с интересом повернул голову.

— А это кто?

— Усраиль, вестимо!

Вскоре к ним прибыл корректировщик с увесистой рацией, в небе загудела авиация, и на позиции мятежных палестинцев начали падать бомбы. Штурм передовой базы миротворцев не удался. Взять в заложники никого не получилось и поэтому переговоров не будет. Слева послышался гул моторов, это инженерные машины пробили напрямую путь для прибывающего морем подкрепления. Их взвод почти не беспокоили, арабам стало резко не до них. К ним подошел Кисель, весь в разводах на лице от смешавшихся пыли и пота. Он устало плюхнулся на матрас, что они постелили возле окна, и блаженно закурил.

— Что дальше, командир?

— Сидим на жопе ровно, старшой. Пока БАТы не пробьют дорогу. Зачищать поселок будут югославы. Они гуманностью в отличие от нас не страдают. Передали, что уже высадились в порту, сейчас на «Лимузинах» сюда доставят. В порту «тяжелые» из ливанской армии выгружаются. Аж целый батальон. Они дальше до самой границы пойдут. Давно пора было зачистить этот палестинский гадюшник. Из-за них у нас вечно нелады со срулями.

Белозерцев невольно поежился. При слове «зачистка»:

— Сурово тут у вас.

К разговору присоединился Орды. Он выглянул в окно и заметил:

— Давят зеленых. Писец им сегодня. А что до жестокости…Так, тут уже тысячи лет воюют, и вряд ли мы что-то изменим. Разве что самые умных под крыло сможем взять.

— Как ливанцев?

— Не всех, а христиан и друзов.

— Ты откуда такой умный?

— На исторический собираюсь поступать. Вот сейчас ее саму, то бишь историю, и творю. Так в учебники и запишем.

Бойцы посмотрели друг на друга и заржали.

Ушли они с позиций на следующий день. Мимо к границе проходили подразделения бронетанковой бригады, забегали в гости югославы, менялись сигаретами, выпрашивали советские упаковки с соком. Очень они тут ценились. Больше никто такое не производил. Цокали языками, завистливо рассматривая штатные, безумно легкие бронежилеты и миниатюрные рации. Андрей был горд, что все это советское, родное. Ехали обратно на джипах, дорога была широко расчищена, сгоревшая техника убрана. Только торчал одиноко разбитый бронетранспорт.