— Нужно держать 122, — проговорила Валентина. — То есть не менее 80 миль в час.

Мартын, тоже одетый в шлем, но не подключённый к переговорке, нас слышать не мог. В том числе моего матерного шипения, несколько сдержанного, всё же при женщине. С завода этот джип рассчитан где-то на 70 миль в час, 80 у него на спидометре — это с запасом. По шоссе я его разгонял и до 90, турбодизель даже более оборотистый, чем его родной бензиновый мотор, столь же древний конструктивно, как у ГАЗ-24. Но под нами — ухабистая просёлка!

Нас кидало так, что язык пришлось держать глубже во рту — чтоб не прищемить, когда челюсти лязгают. «Тойтота» впереди тоже скакала козлом, но чуть меньше, всё же чуть длиннее база.

— Прямо 200, право 120, прыжок-трамлин!

То, чего я боялся. На скорости меньше сотки кусок до первого допа не требовал полётов во сне и наяву. Но я помню тот холм и спуск после него. Или терять секунды, или играть в птичку. Повернули вправо, вижу — Коля погнал, пришпоривая все три литра «крузака». Не отставать же!

«Джип» в воздухе накренился вперёд градусов, наверно, на тридцать, грузно треснулся передними колёсами, подскочил в воздух, подпрыгнув только на передних рессорах, думаю — всё, сейчас перевернёмся через капот… Нет, уронил задницу на дорогу. Проклятия Мартына долетели сквозь подкладку шлема. Зато не отпустили «тойоту» и начали нагонять экипажи, стартовавшие раньше.

Это дичь несусветная… По узкой лесной дороге две машины, несущиеся со скоростью раза в три больше разумной, нагоняют УАЗика, отчаянно сигналят. Тот не пропускает — куда пропустить, и так ветки хлещут с обеих сторон! Тогда «тойота», буквально врубаясь в подлесок мощным бампером на столь же мощной раме, начинает выкашивать деревца и идёт на обгон, «джип» пристраивается в пробитую просеку с интервалом в метр от впереди идущего… Тогда уж с интервалом в три фута, раз американец. Я скребу правым бортом по левому борту УАЗика, сношу им зеркало, вижу совсем неприветливое лицо водителя, и мы прём дальше — навстречу таким же приключениям.

Полевая дорога, огороженная жердинами, фары «тойоты» выхватили впереди задницу ГАЗ-69, тот начал вихляться. Или его бросает вправо-влево, и он не может поймать-выровнять машину или специально не позволяет обогнать. Николай предполагает второе и опять начинает опасный обгон, втискиваясь слева между 69-м и оградой, скорость у них падает…

— Крутой левый 50! — предупреждает Валентина, но я вместо тормоза жму на газ и со всего маха бью «газон» в задницу — в самом начале поворота, его выбрасывает в поле, освобождённый от зацепа Николай снова давит на гашетку и мчит вперёд.