* * *

На конференцию были приглашены несколько заведующих от нашей клиники. Из знакомых я сразу же увидел Михаила Тарасова — отца Лены.

— Доброе утро, — коротко кивнул я ему.

Тот перевёл на меня взгляд, и его глаза округлились от удивления.

— Боткин? — он чуть не взвизгнул. — А вы что тут делаете?

— Будет читать доклад, — ответил за меня Зубов. — Он подготовил интересную тему, поэтому я взял его на выступление.

— Интерн имеет право читать здесь доклад? — поджав губы, уточнил невролог.

— Имеет, если разрешает организатор, — за нашими спинами раздался властный голос Марии Михайловны. — А она разрешает. Ведь этот интерн является помощником организатора. Раз уж вы здесь, Константин, помогите с организационными моментами пожалуйста.

Я кивнул и принялся помогать Марии Михайловне.

Женщина выглядела сегодня великолепно. Она надела чёрное классическое и очень изящное платье, чуть подраспутила волосы и накрасила губы ярко-красной помадой.

Интересно, связан ли её облик с вчерашним предложением? Сегодня в таком случае я соглашусь на чай.

Безмолвный Матвей подключил мониторы, раздал всем наушники с микрофонами. Я положил перед каждым участником папку со списком докладов. И телеконференция началась.

Разумеется, в телеконференции я участвовал впервые в жизни. Но всё оказалось очень просто. Перед нами в конференц-зале был натянут большой экран, куда выведены по несколько врачей из зарубежных клиник. Речь их автоматически переводилась нам на русский язык. А наша речь, в свою очередь, на их языки.

Под телеконференцию выделили два часа, за это время надо было прослушать шесть докладов. От нашей клиники два, от других по одному. Десять минут на доклад, десять минут на обсуждение. Всё строго.

Первым как раз был доклад от нашей клиники, от отделения неврологии. Михаил Тарасов рассказывал про случай инсульта, с редким синдромом иностранного языка. Какой знакомый случай…

— Теперь понятно, почему он совершенно не обрадовался вашему появлению, — шепнул мне Зубов. — Это же ваш случай. Вы распознали инсульт, и вы спасли пациентку.

— Мне не жалко, — пожал я плечами. — Это и правда интересный случай, так что пусть рассказывает, если хочет.

Доклады других стран были тоже весьма интересными. Особенно мне запомнился случай из австралийской клиники. Там был пациент, который на спор съел геккона. Из-за чего заразился сальмонеллёзом, и едва не умер. Коллеги с трудом смогли его вытащить.

Когда наступил мой черёд, я рассказал подготовленный доклад про будущее в гематологии, и про лечение несколькими аспектами сразу. И доклад произвёл фурор.