— Давай в пятницу к тебе приду, после работы, — ответил я. — Как раз обсудим накопившиеся темы, и проведём новое обучение.

Завтрашний вечер я уже обещал Насте. И отменять это запланированное дело точно не собирался.

— Идёт, — легко кивнул Антон. — Интересно, много ли они нам предложат финансирования?

Мы дошли до здания учёного совета, и возле входа меня поймал незнакомый мужчина.

— Простите, это не вы ли случайно Константин Боткин? — спросил он.

— Я, — не стал отрицать очевидного. — А вы кто?

— Раскольников Эдуард Георгиевич, — представился он. — Я представитель одного частного научного центра. У меня к вам есть деловое предложение.

Сколько же он тут стоял, чтобы озвучить своё деловое предложение? Хотя, думаю он встретил меня случайно. Я видел, как он выходил из здания учёного совета.

Значит, ему просто повезло.

— И что за предложение? — поинтересовался я.

— Давайте пройдём в кафе неподалёку, и я всё расскажу вам, — предложил Раскольников.

— Мне некогда, — спокойно отказался я. — Говорите прямо здесь, мы очень спешим.

Эдуард Георгиевич несколько растерялся, он явно не был готов к такому отказу. Но деваться было некуда, пришлось соглашаться на мои условия.

— В общем, до нас дошли слухи о вашем методе… магического лечения ВИЧ-инфекции, — проговорил он. — И мы хотели предложить выкупить у вас эту идею.

Очень интересно, как же до них вообще дошли эти слухи. Про мой метод знает не так уж и много человек.

Впрочем… Слухи уже могли успеть распространиться. Суть метода не знает никто, но сам факт излечения от ВИЧ-инфекции возможно уже узнали многие. От той же Фетисовой, например.

— И что же означает «выкупить идею»? — приподнял я бровь.

Я уже понял, чего он хочет, но решил услышать это от него напрямую.

— Вы пишете научную статью, где подробно расписываете суть метода, но не публикуете её, а отдаёте нам, — ответил Раскольников. — И отказываетесь от прав на этот метод. За это мы вам обещаем очень неплохую сумму.

А не связан ли этот Раскольников с центром, где лечилась Фетисова? Есть у меня такие подозрения.

Я планировал и с ними потом разобраться, когда чуть разгребу другие дела. А тут один из их сотрудников сам вышел на меня.

Решили подзаработать на моей идее. Очень удобно в итоге драть с людей огромные суммы денег за моё лечение. Но я не для этого придумывал свой метод.

Моя цель — чтобы лечение стало доступно другим. А не чтобы какая-то частная организация продавала мой метод.

— Нет, — произнёс я. — Я отказываюсь от вашего предложения.

— Но погодите, я ведь даже не сказал самое главное, — Эдуард Георгиевич поспешил назвать сумму. Она была равна примерно годовому заработку нашего главврача в клинике.