Однако спорить я не стал — сейчас это бесполезно. Забрал кольцо и спрятал себе в карман.

Ещё раз проверил барона Жукова всеми аспектами. Затем оформил ему осмотр, используя найденную в кабинете ручку и бумагу. Вызвал специальную скорую, и, через другую дверь в комнате, окольными путями, вывел Жукова на улицу.

Мы даже отошли от особняка, чтобы точно никто не видел происходящего. Контакты специальной скорой у меня были, так как я работал врачом. Приехавшим фельдшеру и санитарам всё объяснил, что пациент неопасен, отправляется на лечение добровольно. Документы у него оказались с собой, а вещи не думаю, что вообще были.

И барона Жукова увезли, теперь уже в психиатрическую клинику. Интересно, увижу ли я его снова когда-нибудь?

Ну а я отправился назад на бал-маскарад. Как и подозревал, приглашение было неспроста.

— Стас, ну перестань, кто-нибудь может нас увидеть! — услышал я смутно знакомый голос, когда вошёл в фойе особняка Филимоновых.

Кто-то ворковал за колонной. Стоп, это же госпожа Филимонова!

— Никто не увидит, все веселятся на празднике, — а это, судя по голосу и торчащим перьям — тот самый мужчина-павлин.

— Всё равно надо соблюдать осторожность, — последняя фраза была произнесена Аллой Борисовной уж очень неуверенно.

А вскоре разговоры прекратились, и начались уже другие звуки. Маленький пунктик, по которому я тоже оказался прав — у госпожи Филимоновой интрижка с павлином.

«Только пойдём отсюда скорее, не хочу слушать это» — жалобно мысленно произнёс Клочок.

Полностью с ним согласен. Я вернулся на бал, и меня почти сразу же разыскал Никита.

— Дружище, что случилось? — взволнованно спросил он. — Я видел, как ты говорил с каким-то мужчиной, а потом он упал, а потом ты пропал!

Значит, стал свидетелем той сцены с Жуковым.

— Просто один знакомый перебрал с коктейлями, и ему стало плохо, — пожал я плечами. — Я оказывал ему первую помощь.

— Понял, — выдохнул Никита. — А я вот скучаю. Маргарита постоянно отскакивает здороваться с какими-то знакомыми. Она меня всем представляет, но в разговорах мне быстро становится скучно.

— Госпожа Фетисова — очень известная и уважаемая аристократка, так что привыкай, — усмехнулся я. — Подобное будет на всех вечерах. И лучше бы тебе не оставлять её одну.

— Но эти разговоры — это правда скучно, — поморщился он. — Я ничего не понимаю, просто стою рядом и киваю.

— Всё равно сопровождай её, ты же её кавалер, — укоризненно объяснил я. — По-другому никак!

— Ладно, — вздохнул Никита, и отправился на поиски госпожи Фетисовой.

«Всему-то его учить нужно» — заявил Клочок. — «Даже я знаю, как это правильно делается».