— Во-первых, планировать свой брак я буду только сам, — заявил я. — А что там делал мой отец — это к делу не относится. Во-вторых, у меня уже есть девушка, и я с ней, если вы не заметили, пришёл сегодня на этот вечер. И в-третьих, у вашей дочери тоже есть молодой человек. Опять-таки, если вы не заметили.

Просто отвратительная ситуация! Отец Маргариты поступает очень некрасиво по отношению сразу к нескольким людям. Видно, что он властный человек, который привык всё решать за всех. Вот только не прокатит здесь этот номер.

— Это не проблема, — он абсолютно не смутился. — Главное, что я одобрил вас. И я уверен, ваш отец тоже будет не против…

— Повторяю, эти вопросы я решаю сам, — отрезал я. — Александр Алексеевич, вашей дочери уже тридцать пять лет, и вы не можете решать за неё такие важные вопросы. И уж тем более не можете решать их за меня. Так что в ваших же интересах извиниться за этот монолог, и мы дружно сделаем вид, что ничего этого не было.

Сейчас всё зависело от него. Я дал ему выбор — испортить ужин и отношения с дочерью или свести конфликт на нет. От его ответа будет зависеть всё.

Надо сказать, остальные гости пребывали в шоке от всей этой ситуации. Мать Маргариты сидела, опустив глаза в стол. Явно привыкла к поведению мужа.

А вот родители Никиты которым он явно успел рассказать о своих планах, были в шоке. На саму Маргариту и посмотреть было страшно.

Александр Алексеевич, не привыкший к тому, что ему могут перечить, сам замер в нерешительности. Его принципы были для него очень важны, но и полностью рушить отношения в семье он не хотел.

Я посмотрел на Никиту, и едва заметно ему кивнул.

— Есть ещё в-четвёртых, — голос Никиты был гораздо громче обычного из-за волнения. Но отступать он был не намерен. — Маргарита Фетисова не может заключить помолвку с Константином, потому что сегодня я заключаю помолвку с ней. Я хочу взять её в жёны, любить, и никогда не отпускать!

Его руки дрожали, но он опустился на одно колено, и достал обручальное кольцо.

На лице у Александра Алексеевича прочиталась фраза «вот это поворот!»

— Я согласна, — голос Маргариты тоже дрогнул. — Даже если отец будет против. Мне уже тридцать пять, и я… В общем, да.

Теперь все остальные взгляды обратились на отца Фетисовой.

— Кхм, — кашлянул он. — Вот как чувствовал, что сегодня состоится помолвка. Просто чуть ошибся с женихом… Никита, давайте выйдем, буквально на несколько слов?

Тот кивнул, и поспешил за Александром Алексеевичем. Маргарита снова побледнела.

Как же она боится отца. Едва ли не больше, чем Лена Тарасова. Вообще это распространённая практика, отцы в аристократичных семьях до сих пор решают судьбу дочерей. Но всё-таки не девятнадцатый век на дворе!