Он начинает думать уже в рамках моего учения. Хотя сам ещё даже не получил диагностический аспект, но перенимает мою философию.
— Ты же знаешь, что лекарская магия почти умерла, — пожал я плечами. — Я как раз занимаюсь тем, чтобы воскресить её заново. Чтобы аритмии тоже лечились магией, а не вставлялись электроприборы. Но это дело требует времени, я не смогу этого добиться за столько короткий срок. Однако этого пациента чуть позже подлечу.
— Я понял, — кивнул ученик. — Прошу прощения, что сразу не узнал ЭКС! Больше такого не повторится.
Ученик отправился к пациенту, а я решил сходить в кабинет функциональной диагностики. Намерения у Любовь Тимофеевны были явно добрые, но всё-таки подобные проверки для моего ученика лучше без моего ведома не организовывать.
Я спокойно объяснил ей свою точку зрения, и она с этим полностью согласилось. Конфликтов на данной почве не возникло.
Затем я заглянул к этому пациенту, подлечил его кардиологическим и аритмологическим аспектом. Провёл обход.
Возле последней палаты меня нашёл Зубов.
— Константин, беда, — выдохнул он. — Помните, я вам говорил, что завтра придёт проверка, чтобы определить, можете ли вы преподавать интерну?
— Конечно помню, — кивнул я. — Из комитета по образованию.
— Они что-то напутали, — Зубов был в панике. — Проверка будет сегодня. Они уже здесь!
Глава 22
В принципе, для меня это не меняло ровным счётом ничего. Я был готов к комиссии и завтра, и сегодня, и вчера.
Но вот Михаил Анатольевич довольно сильно нервничал по этому поводу.
— Что же делать? Что же нам делать? Что же теперь будет? — забубнил он.
— Я пройду комиссию и спокойно продолжу обучать своего ученика, — пожал я плечами. — Всё будет хорошо.
— Но вы ведь готовились к проверке только завтра! — воскликнул Зубов. — И ваш ученик тоже… Вдруг сегодня он растеряется, и…
— Всё будет хорошо, — повторил я. — Вам не из-за чего переживать. Пойдёмте, нехорошо заставлять комиссию ждать.
Мы прошли к посту главной медсестры, где нас дожидались двое мужчин и одна женщина.
— Здравствуйте, господа, — старший из мужчин, представившийся Игорем Павловичем, окинул меня оценивающим взглядом. — Мы из комитета по образованию молодых врачей. Пришли, чтобы оценить способности и знания молодого врача, Боткина Константина Алексеевича.
— Вы ведь должны были прийти завтра! — вырвалось у Зубова.
Всё-таки бывший наставник продолжает сильно за меня волноваться.
— Мы решили, что внезапная проверка в данном случае будет лучше, — строго ответила женщина с папкой для бумаг в руках. — Проверка будет проходить прямо в вашем отделении. Для начала проводите нас в ординаторскую, для первичного собеседования.