— Именно так, — печально кивнул я.

Тут Владислав Сергеевич заметил зрителей, и это всё-таки немного его смутило.

— А вы что тут делаете? — спросил он.

— А мы поспорили на бывшего птенца Зубова, — нашёлся Терентьев. — И кажется, Мишутка уже проиграл мне деньги. Не обращайте на нас внимания.

Зубов что-то зашипел Терентьеву, но гинеколог остался невозмутимым.

И Кравцова данный ответ более чем удовлетворил. Он спокойно повернулся к пациентке.

— В чём у вас вопрос? — спросил он.

— Я принимаю Глюкоринол от сахарного диабета, — проговорила женщина. — Но доктор сказал, что у меня всё равно держится повышенный сахар. Нужно либо менять дозировку, либо менять препарат.

Название она выговорила правильно. Вся фишка заключалась в том, что никакого Глюкоринола не существовало. Это был выдуманный препарат.

— Так, как ещё раз? — переспросил Кравцов.

— Глюкоринол, — уверенно ответила она.

Дальше должен был вступить я по сценарию.

— Это хороший препарат, довольно дорогой, — я сделал небольшую, но значимую паузу. — Вот думаю, может увеличить дозировку? Владислав Сергеевич, наша клиника делает заказы на этот препарат?

— Кхм, конечно, — тот попытался придать голосу уверенности. — А в какой дозировке вы его сейчас пьёте?

Поверил. Честно говоря, до конца не был уверен, что он купится на этот вымышленный препарат. Сомневался в этом и Зубов, которому я рассказал свою идею. Наставник был в курсе наших с эндокринологом стычек.

Но нет, Кравцов и правда купился на этот обман.

— Я не помню дозировку, доктор, — чётко по сценарию ответила женщина. — Я пью его по одной таблетке два раза в день, за тридцать минут до еды.

— Насколько я помню, это и правда отличный препарат, — теперь Владислав Сергеевич начал выдумывать на ходу, и нам оставалось только внимательно слушать, как он теряется в паутине лжи. — Поэтому я советую всё-таки оставить в лечении его. Просто увеличить дозировку до двух таблеток два раза в сутки.

— А у него не будет побочных эффектов, если я так увеличу дозу? — пациентка упоминала мне, что в школе ходила в театральный кружок. И сейчас это пригодилось, играла она ну очень убедительно.

— Нет, это абсолютно безопасный препарат, — Кравцов окончательно расслабился. Он решил, что всё под его контролем.

А теперь — финальный удар.

— Владислав Сергеевич, прошу прощения, — вступил в разговор Зубов. — Но такого препарата не существует.

— И вы только что расписывали схемы приёма несуществующих таблеток, — кивнул я.

Кравцов в ужасе на нас уставился.

— Но как же… — он указал рукой на пациентку.

— У меня вообще нет сахарного диабета, — улыбнулась она. — Я лежу здесь с давлением.