— Но вы в этом участвовали, — спокойно ответил я. — Помогали Игорю Николаевичу.

— Помогал, — голос Раскольникова дрожал. — Я был его правой рукой. Помогал с документами, с делами. Я не участвовал сам в деятельности центра. Моя помощь была в другом формате…

— Проникли в мою квартиру, — напомнил я. — Или думаете, я не знаю, что это были вы?

Эдуард Георгиевич протяжно выдохнул.

— Уже потом догадался, хоть до конца в этом и не уверен, — проговорил он. — У вас… Тоже есть помощник?

Намекает на фамильяра. Но пока что к этой теме разговора переходить рано. Надо разобраться с тем, может ли Раскольников стать союзником.

Он действительно выполнял распоряжения своего начальника, но не участвовал в деятельности центра.

Прощения сразу же он не заслуживает, но может вполне попытаться искупить свои действия. Только для начала пусть расскажет до конца, как его жизнь вообще сложилась подобным образом.

— Расскажите, как вы вообще попали на работу в центр, — проигнорировав его вопрос, приказал я.

— Искал работу, — фыркнул тот. — Без магии я сам наполовину считался простолюдином. Бастард, к тому же. Судьба свела меня с Игорем Николаевичем, он как раз планировал бизнес. Звучало это неплохо — лечение от ВИЧ-инфекции. Я и стал работать на него. А когда уже стало ясно, что там происходит — уходить уже не мог.

— Почему? — спросил я.

— Слишком много знал, — криво усмехнулся Раскольников. — И с такими знаниями не мог просто уйти. Все судебные иски, все случаи, когда людям становилось хуже… Но несколько дней назад я всё же сломался. Заявил Игорю Николаевичу, что он больше меня не увидит. И сбежал. И вот уже несколько дней не выхожу из дома. Он явно чем-то занят, раз до сих пор не разобрался со мной.

Интересно. Я даже знаю, чем он занят. Попытками разобраться со мной, в первую очередь.

История прозвучала правдиво, к тому же я проверил Раскольникова кардиологическим аспектом. Он не врал.

Осталось уточнить ещё пару деталей.

— Вы сказали, что вы бастард и без магии, — уточнил я. — Магии действительно нет?

Он не мог создать связь с фамильяром без магического центра. Даже наоборот, магия у него должна быть очень сильной. Только так бастард мог заиметь фамильяра.

— Магия заблокирована, — ответил Эдуард Георгиевич. — Она относится к категории опасных. И я не могу ей пользоваться. Создание и разрушение.

Теперь всё окончательно встало на свои места. Бастард, поэтому живёт без слуг, но в хорошей квартире, его отец всё же позаботился о благополучии сына. Магией пользоваться не может, поэтому с работой были трудности.