Бутерброды — это отлично. Он как раз уже успел проголодаться.

— Отвратительно, — хватая первый из них, ответил Владислав Сергеевич. — Это просто невозможно всё подготовить! Вопросы для аккредитации невероятно дурацкие, и не по профилю.

Разумеется, он лукавил. Вопросы были очень даже по профилю. Но не признаваться же жене, что он плохо разбирается в этой теме!

— Может, можно какого-нибудь репетитора нанять? — предложила жена.

— Ты дура? Я же говорю, за три дня это нереально, — ответил Кравцов. — И вообще, не мешай мне.

Она тут же ушла с кухни. Репетитора, тоже мне.

Этот вопрос надо решать хитростью… Вспомнить студенческие годы и сделать шпаргалки.

Точно. Кто заподозрит взрослого мужчину и врача в использовании шпаргалок! А в лекарской академии Владислав Сергеевич практически в совершенстве владел способностью списывать.

Так что, не теряя времени, он нарезал себе кусочки бумаги, и принялся к заготовке своего вспомогательного материала.

* * *

Я собирался в клинику, когда крыс вздумал начать свой важный разговор. Сегодня он тоже решил остаться дома, но предупредил меня, что ему нужно со мной поговорить.

— Что ты хотел спросить? — допивая кофе, поинтересовался я. — Давай быстрее, мне уже в клинику пора.

— Я просто не знаю, как это сформулировать, — Клочок выглядел сконфуженным. — В общем, хозяин… Ты можешь что-нибудь придумать, чтобы у Снежи не появились… крысята.

Да уж, теперь понятно, почему крыс два дня собирался с мыслями ради этого разговора. Он просит меня придумать средство контрацепции для крыс.

Оригинально, необычно… Уверен, этого ещё никто в мире не делал.

— Никогда не появились, или только ограниченный период? — уточнил я.

Ну кто знает, может мой крыс — чайлдфри. Или рэтфри, я даже не знаю, как на современном сленге его можно назвать.

— Временно! — пискнул Клочок. — Нам ещё рано…

— Я подумаю над этим, — пообещал я. — Что-нибудь придумаю.

— Спасибо, — обрадовался крыс.

Ещё одна задачка со звёздочкой мне в копилку. И задачи эти постепенно становятся всё более сложными. Что ж, так даже интереснее.

Я поспешил в клинику. Раздав задания Арсению, направился в ВИП-палату А. Там меня уже ожидала пациентка, подруга Фетисовой.

Это оказалась молодая симпатичная женщина тридцати пяти лет. Каштановые волосы, острые черты лица, голубые глаза.

— Каштанова Екатерина Владимировна, — представилась женщина. — А вы, я так понимаю, Константин Алексеевич?

— Всё верно, — кивнул я. — Очень приятно.

— Мне Маргарита все уши о вас прожужжала, — Екатерина Владимировна несколько раз кашлянула. — Сказала, что вы лучший врач во всём городе.