Поэтому продавалось это кольцо практически за бесценок, никому было не интересно. А вот для Клочка — самое то.

Я повесил его ему на шею, сделав своеобразный амулет. Амулет контрацепции, никогда бы не подумал, что вообще сделаю нечто подобное. Даже забавно.

— Только не снимай, — предупредил его. — Всегда носи на шее.

— Спасибо, хозяин! — пискнул он. — Это… А когда мы к Раскольникову пойдём?

— Пока не знаю, но я обязательно тебя возьму, — усмехнулся я.

На том мы и порешили, и отправились спать.

Утро четверга началось как обычно. Второй сеанс лечения Каштановой, плановый обход пациентов. Улучив свободную минуту, мы с Арсением снова отправились в морг.

— Ваши… тренировки продолжаются? — встретил нас Феликс Александрович.

— Всё так, — серьёзно кивнул я. — А на каком уровне сейчас ваш патологоанатомический аспект?

Он тут же десять раз пожалел, что вообще со мной заговорил.

— Ну… Вы же знаете, что сейчас многие врачи сейчас особо не пользуются своей магией, — протянул он. — И я такой же. Предпочитаю работать другими методами… Так что у меня первый уровень владения магией.

— Понятно, — кивнул я. — Что ж, вам стоит её развивать. С более развитым патологоанатомическим аспектом можно многого добиться.

— Я и так многого добьюсь, — он посмотрел мне в глаза. — Не сомневайтесь.

И говорили мы вовсе не о медицине. Что же ты задумал, последователь Некроса?

* * *

Август 170 года нашей эры.

Я знал, что Некрос не оставит меня в покое. Слишком сильным было его желание заполучить эликсир бессмертия. Слишком велика была его жажда власти над жизнью и смертью.

Поэтому начал готовиться к битве с ним. Всё свободное время, каждую минуту я искал способ справиться с некромантом.

Изучал древние свитки в императорской библиотеке, советовался с греческими философами, искал упоминания о победах над подобными тёмными магами в исторических хрониках. Я даже разговаривал с жрецами культа Митры, надеясь найти хоть какую-то зацепку.

Недели поисков не приносили результата. Некромантия была древней и могущественной магией, а Некрос овладел ею в совершенстве. Мои лекарские способности, какими бы сильными они ни были, предназначались для исцеления, для сохранения жизни. Как можно победить ими того, кто управляет самой смертью?

Тогда я понял, что надо исходить от противоречий. Смерть и некромантия — это тьма. А победить тьму можно было только светом.

После долгих поисков я нашёл артефакт, который мог мне в этом помочь. Печать Солнца. Хранился он в пирамиде Хефрена, в Египте. Говорили, что он содержал частицу самого солнечного света, застывшую в золоте и кристалле. Свет, который мог рассеять любую тьму.