В общем, в жизни Империи кланы стоят несколько особняком.

Поэтому императорский клан — это даже звучит абсурдно. Император, который хочет отстраниться от своей же страны, — нонсенс.

Зато у императорского рода отсутствует ограничение на число вассалов, которое действует на все остальные роды и кланы в стране. Это своего рода компенсация. Правда, там тоже есть нюансы, слишком уж усилиться за счет вассалов императорскому роду не даст та же оппозиция. По крайней мере, если делать это открыто.

Возможно, кстати, что в том числе и поэтому родилась идея объединения старой защитной линии. Именно так император может легко обойти противодействие других политических сил и реализовать свое право на неограниченное число вассалов.

Во-первых, нет более надежной привязки, чем привязка кровью. Роды защитной линии потом уже никуда не денутся от императора. И от его потомков.

А во-вторых, до последнего мало кто поймет истинную цель объединения защитной линии. Я вот тоже не знал, на что подписался, когда привязал родовое поместье к своей крови. Сторонником императора меня прямо сейчас назвать, мягко говоря, сложно. Впрочем, противником тоже.

И, честно говоря, такое присоединение «по умолчанию» меня несколько покоробило. Не подписывался я становиться вассалом императора. Пусть даже неофициальным.

— А почему император сам не может объединить защитную линию? — поинтересовался я. — Раз уж у него есть более высокий уровень доступа.

— Не знаю, Виктор, — ровно ответил Эксара. — Правда, не знаю.

— Более высокий — не значит высший? — хмыкнул я.

— Вполне возможно, — кивнул учитель и добавил: — И, кстати, император пригласил на аудиенцию не только меня. Ты тоже приглашен.

Я только поморщился.

Нет, понятно, что я приду, куда я денусь? Но раз я нужен императору — а я ему точно нужен, двигателем объединения сейчас являюсь именно я, а не учитель, — он мог бы хоть приглашение на аудиенцию прислать. Лично мне прислать, а не передавать через чужие руки.

Так и подмывает застопорить это несчастное объединение на текущем этапе.

А почему нет, собственно? Лично я все, что хотел, уже получил: крутую защиту, надежных союзников. Зачем мне квартал и, тем более, сектор? Сплошная головная боль и никакой выгоды.

— Не нравится перспектива? — приподнял брови Эксара.

— Не нравятся методы, — ровно ответил я. — До сих пор я ничего не имел против становления сторонником императора. И, если бы меня спросили, я, вполне возможно, согласился бы к нему присоединиться. Но с такими методами мне что-то не хочется продолжать возиться с защитой.