Староста класса, в котором я уже не буду учиться, выглядела великолепно.

Она не стала пытаться создать взрослый образ, но легкий пестрый сарафан с многочисленными разрезами подчеркивал очарование юности. Волосы она оставила распущенными, а косметика была незаметна вовсе. Еще не женщина, но уже далеко не ребенок.

— Приветствую, Рената, — слегка улыбнулся я.

— Несмотря ни на что, я желаю вам удачи на турнире, — сказала девушка и поджала губы.

— У вас ко мне какие-то претензии? — приподнял брови я.

— Могли бы и предупредить, что не будете продолжать учебу, — ровно произнесла она.

— На момент нашего с вами разговора еще могли быть варианты, — слегка улыбнулся я. — Так что для предупреждения было рановато.

До разговора с завучем действительно ничего не было решено.

Силия Догета, будучи членом главного рода не самого слабого клана, имела много возможностей. Будь она всерьез заинтересована в том, чтобы гений остался в ее школе, вполне могла найти аргументы. В конце концов, появляться там раз в месяц для меня не так уж обременительно. Было бы, ради чего.

И я допускал вариант, что завуч захочет поддержать престиж своей школы любой ценой.

Но не сложилось. Силия Догета не предложила ничего интересного для меня, и я быстренько завершил свою учебу в школе.

Однако для Ренаты все, конечно, выглядело не так.

— Но вы забрали документы из школы в тот же день, когда мы с вами разговаривали, — непонимающе нахмурилась она.

Она сейчас намекает, чтобы я ей всю цепочку своих размышлений выложил вместе с вариантами развития событий, которые могли быть в тот день? Да еще и в порядке попытки оправдаться, так, что ли?

Нет, я все понимаю, детская непосредственность, неопытность и далее по списку, но это уже переходит все границы.

— Может, мне еще и следовало посоветоваться со старостой класса? — усмехнулся я.

— Было бы неплохо! — задиристо вскинула подбородок девушка.

— Госпожа Рачи, вы забываетесь, — холодно одернул ее я.

Девушка вздрогнула и, видимо, осознала, что сказала. А заодно и разницу в нашем положении. Это в школе можно было пренебречь многими условностями, да и то до определенного предела.

А здесь и сейчас несовершеннолетняя девочка наезжает на главу чужого рода — и это точно ни в какие ворота не лезет.

Рената отступила на шаг и глубоко поклонилась.

— Прошу меня простить, господин Дамар, — произнесла она. — Я действительно забылась.

— Извинения приняты, — коротко кивнул я.

Скомкано попрощавшись и даже не дождавшись моего ответа, Рената Рачи еще раз быстро поклонилась и тут же растворилась в толпе.