— Ты знаешь профиль моих работ, Саш, — констатировал профессор известный факт. — Но даже для меня многое выходит за рамки разумного. Впрочем, давай обо всем по порядку. После твоего сообщения я перевел лабораторию в закрытый режим и долго просматривал камеры вместе с Геной. Сам понимаешь — выходной и народу на территории почти никого. Затем убедил охранника притащить сюда тело какого-то бедолаги, которого инцидент застал рядом с лабораторией. Сверил полученный его чипом инфопакет с тем, что ты мне прислал, и они оказались идентичны.

Я молча кивнул, ожидая продолжения.

— Мой ассистент последние полгода занимался созданием нейросети, моделирующей воздействие различных вирусов на геном человека. Он немного подкорректировал её и прогнал пакеты информации.

— Какое совпадение, — удивленно произнес я. — И какая выборка?

— Сам понимаешь, что с опытными образцами у нас проблема, так что пришлось работать с виртуальными моделями из нашей базы данных. В общем он смоделировал… пару тысяч прогонов в ускоренном темпе.

Я на секунду замер, пытаясь прикинуть объем проделанной работы и качество софта, необходимого для этого.

— Ого, а парень не промах.

— Сам знаешь, без своего программиста нейросетей сейчас эксперименты проводить сложно, а твои расценки не по карману даже мне.

— А как он работает без чипа? — удивился я.

— По старинке. Мощность у моей лаборатории в избытке. Но мы отвлекаемся.

Я кивнул.

— В общем, мы имеем дело с нейросетью нового поколения, под контролем которой активизировались корневые директивы всех чипов. Далее шли пакеты информации и каждый имел определённую функцию. Первый активировал прямое подключение ДНК и смоделировал виртуальную матрицу всех рецепторов. Таким образом произошла распаковка ДНК для последующей транскрипции генома. Следующий пакет активировал экспрессию белков факторов транскрипции и после получения первой устойчивой цепочки генов активировал серию ферментов, ускоряющих процесс трансформации.

Я слегка поплыл от избытка терминов, но суть начал улавливать.

— По-простому, — подтвердил мои догадки Беляев. — Это цифровой вирус, подключившийся к ДНК и запустивший процессы макроэволюции в стихийном режиме. Что-то наподобие управляемого органогенеза. Делали его гении и причем очень давно.

Я работал с профессором над другим биотехническим проектом, и даже моих знаний в этой области хватало, чтобы понять — это путь в никуда. Миллиарды комбинаций внешних факторов, воздействующие на не менее сложную структуру человеческих генов, дадут самый непредсказуемый результат. Все просто должны погибнуть. Шанс найти что-то стоящее — один на миллиард.