Я вошёл внутрь и увидел стены, увешанные листочками с какими-то чертежами. Всюду валялись механизмы, некоторые целые, но, наверное, не все работающие. Я не успел шагнуть внутрь, как Оскрад предупредил меня:
— Можешь наступать на всю эту ерунду, только не трогай то, что стоит во-он там.
— Хорошо.
В комнатушке пахло железом и ржавчиной, свежей древесиной и много чем ещё. Осмотрев комнату, я так и не увидел кровать. Но решил про неё не спрашивать. Мало ли может он, как и спит где придётся?
— Смотри, — сказал Оскард и ударил по деревянной стене.
Ничего не произошло.
И тогда он ударил снова. Вдруг некоторые доски в стене начали противно скрипеть, они вывалились из неё, словно подъёмный мост замковых ворот. Оскард запрыгнул на выдвижную кровать.
— Классно я придумал?
— Да, — чёрт, этот парень правда классный. Интересно, много у него таких штуковин?
— Может перекусим?
— Нет, у меня есть еда… спасибо, — вежливо отказался я, а в животе булькнуло.
— Как хочешь. Книги там, выбирай любую, — он указал рукой в сторону деревянных ящиков.
Я отложил лоток и подошёл к ним. Порыскал в ящике, изучил его содержимое и выбрал самую интересную книгу: «Иные виды», сдул с неё пыль. Открыл и пробежался по оглавлению, прочитав несколько, случайно выбранных, названий глав.
— Можешь прямо сейчас почитать, вижу, что заинтересовала, — проговорил Оскард и встал с постели. Сел за стол и принялся доедать утреннюю кашу.
— Лучше я дома почитаю, спасибо.
— Ну и славно! Уже готов лепить георебяток?
— Для этого нужна энергия и материал… хорошо, тащи землю, всё покажу, — я, конечно, не особо хотел заниматься големостроением, но решил, что не стоит так огорчать человека, который без пяти минут мой лучший друг.
Схватив лопату, Оскард выскочил на улицу и накопал земли из своего крошечного огорода с несколькими скромными грядками. Набрал полную горсть и затащил домой. Затем вывалил на и без того не самый чистый стол.
— Ну вот тебе и материал, а энергия щас будет, погоди.
Улыбнувшись, Оскард отошёл к одному из своих разваливавшихся шкафов. Достал из него какую-то что-то завёрнутое в бумагу.
— Шо-ко-лад? — давно я не ел сладостей, слюнки аж потекли. Но вообще-то под энергией я имел в виду свою внутреннюю, а он очевидно подумал, что я про еду. Но я ведь отказался. Пожалуй, внимательности и сосредоточенности ему не хватает. Ну и ладно, не беда.
— Он самый, угощайся.
— Последний раз я его ел лет шесть назад, я не могу… он ведь твой.
— Да ешь. Жрите, тебе говорят! — расхохотался Оскард. — Мне ещё не приходилось уговаривать кого-то съесть шоколад.